Введение в пособие по сборке вселенной

Тормоша Википедию и другие источники информации, я вдруг осознал гордость за свой народ, и даже в эпиграф выбрал бесподобную, не достижимую для всего импортного, хотя им же и аранжированную и нам преподнесенную, песню в исполнении Белки Немировской, на слова Владимира Фирсова «Не кончается».

Так или иначе, я, вдруг осознал, что Федор Достоевский и Александр Пушкин, мне безгранично ближе, чем любой писатель и поэт Запада, что Александр Вертинский, в малотиражных своих записях хранит для меня мир в разы богаче и восхитительный, чем любой певец и шансонье любой другой страны.

И даже русский еврей Мечников, написал слова, поразившие меня глубже и пронзительней, чем всё учение австрийского еврея Зигмунда Фрейда.

И уж совсем убедил меня в моем патриотизме, русский «шовинист», «антисемит» и «лжеученый», основоположник пассионарной теории этногенеза, Лев Николаевич Гумилев.

Это произошло все в том же, еще вчерашнем 2012 году. Я уже закончил писать «Вселенную на ладонях», и даже Алетейя взялась ее издать.

Все для меня было ново и интересно. Как будет выглядеть книга, какая обложка, какая толщина, вес – все. Я ходил по книжным магазинам и рассматривал их разношерстую продукцию.

В книжном супермаркете, на полке философии, стояло несколько худосочных бюджетных книжек – Ницше с Макиавелли, а между них стоял огромный в 1000 страниц, в твердой обложке, за баснословные деньги, труд неизвестного мне, Льва Гумилева. Благо фамилия на слуху, и я решил посмотреть, тот ли это Гумилев.

Оказался сын.

Так или иначе, знакомство наше состоялось.

Еще 20 лет назад он был жив, еще 20 лет назад, я мог приехать к нему в гости или, в крайнем случае, написать письмо. Правда, что я смог бы сказать тогда ему, ведь мое откровение, моя философия пришла ко мне только через год после его смерти. А о том, сколько между нами общего, я узнал всего-то полгода назад, летом 2012, в год столетия со дня его рождения.

Но не сказать вам, уважаемый Лев Николаевич я тоже не могу – уж слишком много между нами общего.

Вот и приходится говорить с вами с призраком. Так делал Николо Макиавелли. После скучного дня среди свинопасов и дровосеков, поиграв в карты и продемонстрировав полную адекватность этому миру, он отправлялся домой. По дороге мило раскланивался дамам и господам, здоровался с крестьянами, учтиво отклонял предложение пропустить стаканчик другой в уютной компании.