Когда пропадает дочь

Первым ее желанием было развернуться и уйти обратно: явно шансов никаких. Остановил чей-то ехидный шепот: «Вот и еще одна заблудшая овечка, золушка». В общем, и она шагнула вслед за остальными в огромный кабинет, где за длинным столом на большом стуле-троне восседал насупленный, угрюмый человек.

– Меня зовут Николаем Даниловичем Маздовым. А вас? – спросил он настороженно.

– Ксения Олеговна Сосновская.

– Местная?

– Местная

– Так значит, вы и по-берлински ни бельмеса, со словарем? – неожиданно продолжил Маздов и рассмеялся.

– Почему? У меня красный диплом, я свободно владею всеми диалектами немецкого, – парировала девушка.

Тут Николай Данилович, будто ошпаренный кипятком, подскочил на месте и, гипнотизируя Ксению, забегал из угла в угол.

– Не может быть!

– У меня там детство прошло в Германии, мой папа служил под Берлином, – продолжала фантазировать конкурсантка.

Маздов хлопнул в ладоши:

– Замечательно! Браво, деточка!

– Я беру вас!

Так Ксения ступила на стезю частного преподавания, попала в желанную клетку.

«Да это счастливый билет, дурочка. Детский дом, общежития останутся в прошлом. Надо опутать, окончательно приворожить Маздова. Точно, рассмотреть, найти в нем что-то человеческое, хищное видно невооруженным взглядом», – размышляла девушка в гостиной.

– Тетя Ксения, можно к вам?

– Зови меня просто Ксенией. Хорошо, малыш?

Мальчик смущенно кивнул. Он держал в руках альбом для рисования, ему очень хотелось похвалиться. На первой же странице в причудливых омутах-разводах акварельных красок она узнала себя.

– Ой, миленький, да ты художник. У тебя есть дар.

– Дар? Что это?

– Ну как тебе сказать? Дается кем-то свыше. Я бы, например, при всем желании, хоть расшибись, так не смогла, а ты вот запросто.

Ксения оказалась главной героиней и остальных рисунков мальчика.

– Тетя Ксения… ой, Ксения, я вас люблю, – обдал ее детский шепот. – Вы такая красивая.

– И я тебя очень люблю, Никитушка.

Ребенок прижался к ней, обнял ручонками.

– И папа вас любит.

– Папа? С чего ты взял?

– Уж я-то знаю. Всегда про вас расспрашивает.

Раздавшиеся внезапно странные, глухие хлопки, а за ними и взрыв под окнами заставили Ксению вздрогнуть. Никита в ужасе смотрел на нее. Во дворе начался явный переполох: собаки заливались лаем, в панике метались охранники. За массивными железными воротами дома горел «Мерседес» хозяина. Черный дым стелился по земле, пронизывал все небо.