Амурский ангел. Приключенческий роман

Когда Соня и Денис совместными усилиями достали со стеллажей нужные материалы, она спросила:

– Может, я тебе помогу? Ты какие материалы ищешь?

Денис замялся:

– Ты понимаешь, Соня, меня заинтересовало происшествие с семьёй Курулёвых, если я правильно помню фамилию. Будто бы на них напала какая-то неведомая кровожадная птица.

Соня на несколько секунд задумалась:

– Помню, помню. Я тогда как раз первый год как начала работать после института, и этот случай мне врезался в память. В тот год много писали об этом случае, а потом вдруг как-то одновременно заглохло.

К нам даже один известный уфолог приходил, сильно интересовался материалами по этому делу.

– Уфолог? – удивился Денис. – А ему-то зачем это понадобилось?

– Не знаю. Но его это очень сильно интересовало.

– Его фамилию, случаем, не запомнила?

– Как раз запомнила. Она у него такая интересная и редкая – Остров.

– Может, и адрес его знаешь? – с надеждой в голосе спросил Денис.

Соня засмеялась:

– Конечно, знаю.

У нас все читатели в базе данных есть. Если надо, посмотрю в компьютере.

– Надо, Сонечка, очень надо.

Через несколько минут Соня принесла распечатанные данные на уфолога Острова и сказала:

– Ну, ты сиди здесь, а ко мне читатели пришли.

Соня ушла, а Денис стал листать подшивки старых газет. Фотоаппаратом он переснял десятка два материалов, посвященных происшествию с семьёй Курулёвых, и ушёл, не забыв попрощаться со своей одноклассницей.

В тайге

Луша Веретешкова проснулась ближе к вечеру, когда косое солнце заглядывало в маленькие оконца охотничьей избы с запада.

Она открыла глаза, посмотрела на дощатый потолок, на печку, возле которой лежала, на бревенчатые стены, на которых висел зимняя одежда, иконы, старое зеркало в резной оправе, несколько портретов в рамках, на которых были запечатлены несколько бородатых стариков и старух в наглухо повязанных косынках, мужчина в военной форме рядом с молодой, красивой женщиной и тремя детьми.

Нет, она не испугалась ни незнакомой обстановки, ни того, что вдруг оказалась в другом месте, ни того, что в комнате стояла пронзительная тишина, ни того, что рядом никого не было. Просто ей было очень спокойно и хорошо, как будто она здесь была всегда, и просто проснулась, чтобы начать новый день своей жизни.

Лукерья села на залавок, обулась в кроссовки и увидела на сколоченном из досок столе несколько накрытых мисок и глиняный горшок.