Пепел родного очага

Жена принесла сумку с продуктами, положила ее на переднее сиденье и начала:

– Паша, ты осторожнее, мне сегодня плохой сон снился.

Хункарпаша огрызнулся:

– Мне тоже каждый день плохие сны снятся, так что, по-твоему, и во двор нельзя выйти – вдруг Хан заклюет, да?

– Ты все смеешься, – со вздохом сказала Надия, – а у меня сердце болит. Помнишь, что с Зейнаб и ее семьей тогда случилось…

Муж подошел к жене, обнял ее и прошептал:

– Ну-ну, будет тебе, все будет хорошо. Кому нужен старик и эта старая железная развалина.

Хункарпаша ехал осторожно и весело, подсвистывая удалой песне, доносившейся из старенького радиоприемника. День был теплым, небо безоблачным, и они предвещали удачу. Вот он проехал уже Дылым, мост через Акташ и, перевалив через перевал, увидел Хасавюрт. «Эх, заглянуть бы к Кате, да некогда. Она всегда обижается, что мы к ним редко заглядываем. Может быть, успею заехать по обратной дороге». А вот и Кизилюрт, развалины его старого городища.

Проехав через речушку Шураозень, Хункарпаша увидел бескрайнюю голубую даль Каспия и облегченно вздохнул, подумав: «Зря совсем беспокоилась Надия. Вот я и добрался до места».

Проехав по зеленым улицам Махачкалы, Хункарпаша добрался до базара, поставил машину на платную стоянку, поторговавшись с бойким пареньком и уплатив ему десять рублей. Долго ходил по фруктовым рядам, разыскивая свою внучку Хадишу, но так и не нашел ее. Проворчал:

– А чтоб тебя шайтан унес! И где ее носит.

Надо было позвонить, узнать сначала, может, она и не торгует сегодня.

Еще раз пройдя по рядам, он приценивался к товару, прикинул, какую выручку можно ожидать, и крякнул от удовольствия: прибыль должна была быть хорошей – ранний виноград еще не весь дошел до прилавков и был в цене.

Внучку он так и не нашел, и решил поехать к ней домой, чтобы узнать, в чем дело. «Эх, зря только прокатался, бензина сколько сжег! Видать, и правда женский сон в руку оказался. Придется возвращаться ни с чем».

Хункарпаша уже проходил через ворота базара, когда услышал сзади девичий крик:

– Дедушка! Дедушка!

Он оглянулся и увидел запыхавшуюся Хадишу, которая протискивалась между людьми.

– Ой, дедушка, здравствуйте! Еле нашла вас. Вы уж извините меня. Я только на пять минут отошла, а когда вернулась, сосед говорит, что вроде бы тебя видел. Извините, дедушка!

Хадиша прижалась к дедовой груди, а Хункарпаша еще пыхтел от обиды.