Последний лопатинец

Но у Курмышова, видать, терпелка закончилась:

– Звони, говорю, узнай.

Тихон достал из кармана сотовый телефон, встал, покрутился на месте:

– Ага, сигнал есть! Сейчас. – Набрал номер. – Степановна, добро утречко. Да я, я. Не скажешь, скоро ли Настасья-то к нам? Выехала, говоришь. Давно? С час уже? На чём? На велосипеде? Ну, добро. Пока. Вот видишь, выехала, – добавил он для Анатолия. – А ты крутишься ужом.

– Так если она час назад выехала, должна бы уже здесь быть.

– Ну, мало ли.

Курмышов решительно встал:

– Нет, я всё же поеду, встречу.

Он вывел со двора мотоцикл с люлькой, повернул бензиновый краник, подсосал в карбюратор горючего, завёл машину. Не забыл положить в коляску ружьё, крикнул соседям:

– Я скоро.

Выехал за околицу, свернул на лесную дорогу. Мотоцикл не гнал, а зорко всматривался по сторонам. Вот и овраг, разрушенный мост, по песчаному дну течёт ручей. Посмотрел на противоположную бровку оврага – никого. Посмотрел влево, в заросли кустов, – там что-то белеет.

Спустился на мотоцикле вниз. Так и есть, Настёна на земле лежит. Поодаль валяется велосипед с привязанной к багажнику сумкой, в которой Анастасия привозила продукты. Заглушил мотор и услышал стон. Подбежал:

– Настёна, ты как? Упала, что ли?

Анастасия, увидев Анатолия, села по-бабски, вытянув перед собой ноги, схватилась за голову, запричитала:

– Ограбили, ограбили, проклятые! Всю пенсию вашу утащили, сволочи.

– Кто, кто ограбил, знаешь кого?! – закричал Курмышов.

Настёна закрутила простоволосой головой:

– Нет, не наши, чужие. Не знаю я их. Боже, что же мне делать-то, ведь мне теперь придётся всю сумму выплачивать, а это почти тыщ! – стенала Анастасия.

– Да хватит тебе причитать-то, жива, и, слава Богу. Ты лучше скажи, куда они побежали.

– Туда вон, – Анастасия показала рукой в лес.

– Давно?

– Да минут десять как. Сволочи, паразиты, тати!

Курмышов склонился над почтальоншей:

– Настасья, идти-то можешь?

– Могу-у.

– Иди до наших, в Лопаты, жди там.

Не сообщай никуда. Я скоро.

Анатолий поднялся из оврага, завёл мотоцикл и поехал вправо. В уме уже прикинул, что если грабители пришли пешком, то за десять минут по лесу они могли убежать километра на два. А если на машине, то им придётся подниматься по скользким склонам до шоссе. Пролетев до заброшенного кордона, Курмышов спрятал мотоцикл в обрушившемся сараем и скорым шагом по старой заросшей просеке дошёл до шоссе. Машин нет.