Семейные тайны. Практика системных расстановок + За пределами одиночества + Мамочка, пожалуйста…Семейные расстановки – метод Берта Хеллингера + О чем молчат предки + Ошибки аиста

Взамен услышав от них: «Живи!» – он выпрямился, расправил плечи и встал перед заместительницей матери. Лицо ее было непроницаемым.

– Меня раздражает, что он ушел оттуда, его место там, – сказала заместительница матери, с досадой несколько раз топнув ногой.

– Кого ты в нем видишь? Ведь это твой сын!

Заместительница, закрывая голову, словно от ударов, пошатнулась и вдруг взмолилась:

– Не трогайте меня! Мне больно, не трогайте меня!

– Что с тобой, где ты, что происходит?

Я взяла заместительницу за плечи, чтобы в случае, если ей станет плохо, успеть вывести ее с тяжелого места.

– Их много. Кто-то сидит у меня на лице, потом льет водку в рот. Они дерутся за то, кто будет первым. Зверски болит низ живота. Это насилие.

– Тебе больше не надо погружаться в эти воспоминания, в их трагичность. – Я стала медленно отводить женщину на другое место. – Только скажи, – показала я на лежащих мужчин, – это они, это связано с ними?

– Да, – вдруг потухшим голосом ответила заместительница матери Родиона.

В голове у меня еще не было полного понимания, но я считывала напряженное ожидание сидевших в зале людей, и мне самой хотелось конца, ясности и глотка свежего воздуха.

– Если в тебе откликается фраза: «Вы стали невинными жертвами. Вы поплатились за чужое зло», – скажи ее мужчинам.

– Да, это так, – сказала заместительница матери и повторила фразу.

Она смягчилась, из ее глаз катились слезы, она ходила вокруг места, где лежали мужчины, гладила каждого по голове и что-то приговаривала, и это «что-то» рвало на части ее душу.

– Здесь еще кого-то не хватает.

– Звучало, что мужчин десять.

– Не хватает одного. Я думала, это он, – она показала на Родиона, – но нет, не он.

Устав даже думать, а не то что принимать правильные решения за время столь рекордно длинной расстановки, я все-таки ввела еще одного мужчину – предположительно отца Родиона.

– Да! – хлестко ответила женщина. – Так для меня правильно.

Что-то приятное и светлое мелькнуло в глазах бывших супругов, потом на лицо женщины снова набежала тень спутанных воспоминаний, и она с вызовом сказала:

– Тебе повезло, ты ушел, и это спасло тебе жизнь.

– Спасибо за любовь. Спасибо за то, что отпустила меня. Мне жаль, что я так обидел тебя.

Она промолчала, думая о чем-то своем, потом посмотрела на сына, на его отца и сказала Родиону то, что я попросила ее произнести:

– Ты – мой сын. Я иногда тебя путала с другими. Теперь я вижу тебя как сына.