Тихушник

Наши начальники испугались такого поворота событий – брать «под карандаш» сотрудников КГБ: ведь и их, получалось, могут так же упрятать под шумок в места не столь отдалённые, – и на работе не появлялись аж целых три дня. Ну а мы, простые опера, оставшись без своих «Чапаевых», «не знали», что дальше делать. Если у начальства имеется повод лишний раз отдохнуть – почему бы и нам не устроить себе такой же пикник? Тем более, к нам в гости пришли наши коллеги из КГБ. Сходили на колхозный рынок, купили вина – нужно же было хоть как-то скоротать время и угостить коллег, – для этого имеется повод, вдруг завтра придётся нам их «расстреливать» в наших подвалах.

Все ждали приказа из Москвы, который мог поступить с минуты на минуту. В кулуарах шептались – якобы он уже есть, поэтому напоследок перед «расстрелом» своих бывших коллег, как друзья, хоть посидим «на дорожку». Вид у наших коллег был уставший и удручающий – ведь их судьбе не позавидовал бы никто из ныне живущих на земле, их ждал расстрел.

Целый день во дворе нашего здания они сжигали свои оперативные и личные дела на граждан страны, чтобы избежать наказания. Вдруг кто-нибудь их заберёт и прочитает – а там такое имеется, за что любой мало-мальский шпион или жулик какие угодно деньги отдаст. Столько имеется компрометирующего материала на каждого гражданина – страшно подумать. Поэтому никого в живых из сотрудников КГБ не оставят – такие смутные времена в истории России уже были. Но, слава Богу, всё обошлось – приказа не поступило, подразделение решили оставить в структуре силовых ведомств в стране, сменив лишь название: вместо КГБ оно стало называться ФСБ (Федеральная служба безопасности).

Нам было только на руку, что подразделение ФСБ будет существовать – такой уникальной аппаратуры и технических возможностей по опознанию преступников, как у них, у нас ещё не имелось, а лишиться помощников в лице сотрудников ФСБ значило не иметь дополнительной информации, по которой уже имелись совместные оперативные наработки.

Я смотрел на лица своих коллег и думал, что мог бы так же находиться в их рядах, согласись я тогда работать в подразделении КГБ. Не знаю, как бы я повёл себя в такой ситуации… Отец говорил – смогу ли в этом подразделении расстреливать людей, если «страна» прикажет? Но оказалось, что в это смутное перестроечное время эту функцию на себя вместо КГБ берут органы внутренних дел. От судьбы, как говорится, не уйдёшь.