Темна вода во облацех. Научно-фантастический роман

В зависимости от ума, опыта и сообразительности, общей и частной информированности, но необязательно от высоты положения… Обещали перезвонить, как только узнают что-либо определенное, да только пока ни от одного она телефонного звонка не дождалась.

Ежевечерне на несколько минут забегал Щетинкин. У него тоже как-то не вытанцовывалось.

Поначалу он был полон сдержанного оптимизма, заручившись пониманием и поддержкой высоких чинов МВД – тех серьезно привлекла реальная возможность насыпать немного соли на хвост коллегам из «конторы»… Но дни шли, понимание и сочувствие оставались на прежнем уровне, а вот стремление помочь постепенно испарялось, становясь все сдержаннее.

Буквально днями замминистра, неловко отводя глаза при очередном визите, сказал ему с заметным усилием:

– Знаешь, Сергей, похоже, пустышку тянем. В смысле, ничего не получается. Мне вчера там, наверху, оч-чень прозрачно намекнули, чтобы я больше твоим Бариновым не интересовался. И чтобы как звать забыл.

– Понял тебя, – Щетинкин поднялся и протянул ему руку через стол.

 – Обиды не держу, Темир, понимаю. Но если вдруг что всплывет…

– Конечно, конечно, Сережа! Мы все ж таки свои люди как-никак…

Разговор случился тягостный. И замминистра было неприятно, и Щетинкин чувствовал определенную неловкость – ничего хорошего, если человек пытается оправдаться за других.

Людям вообще, а особенно в чинах и при должностях, свойственно стыдиться того, что кто-то где-то его унизил, пригнул… пусть даже с глазу на глаз, пусть даже и чином, и должностью повыше.

А уж признаваться в этом, тем более хорошим приятелям, почти друзьям – ну совсем уж невыносимо. Иногда даже так случается, что и приятельские отношения после этого как-то гаснут, сходят на нет.

Заместитель же республиканского прокурора на руководство ссылаться не стал, но нашел другую причину отстраниться.

– Не могу я дело возбудить, как ты требуешь! – с заметным раздражением сказал он при очередной встрече. И чувствовалось, что раздражение он направляет не на кого-то постороннего, а на самого себя.

 – Поверь, Сергей, не могу! По факту исчезновения дело открыли в первый же день – в заведенном порядке, согласно законодательству. А другого, посерьезнее, извини. Сам должен понимать: нет тела – нет дела. Оснований не имеется.

– А свидетельские показания?

– Ты видел, как убивали, или, на худой конец, причиняли тяжкие телесные?.. А по поводу похищения человека в нашем Уголовном кодексе и статьи-то нет.