Сновидения Absoluta. Единство жизни и смерти

Ника поднимает руки, и вижу, что широкие браслеты, которые как наручни на ее руках превратились в цепь из сине-желтых звеньев, будто запястья обвивают остатки кандалов. Не пугающих, не мрачных, а словно вбирающих в себя оттенки стен и свода пещеры, свет от них отражается от металла цепей на ее запястьях и солнечными зайчиками уходит вверх. Но солнца нет. Зато есть свет откуда-то сверху.

Ника поднимает вверх руки, ее бирюзовое длинное одеяние колышется, говорит вверх: «Я пришла, услышала». А я понимаю, что моя миссия в данном сне – провести как проводник ее по местам, в которых она должна вспомнить…

Что именно вспомнить, додумать не успеваю.

Мы снова переносимся.

На этот раз в Уплисцихе – древний город, высеченный в скале. Находится в Грузии недалеко от Гори, на южном склоне хребта Квернаки на левом берегу реки Мтквари. Город выстроен был цитаделью: пещерный, песчаный, основной цвет его – оттенки желтого и сепии. Но сейчас он… бирюзовый. Нет, песчаник никуда не делся, однако чувство, словно подсвечен он зеленовато-голубым от земли через все строения и до неба.

Ника переступает через небольшую змею, опускается на одно колено, проводит пальцем вдоль ее спинки и говорит: «Нам не узнать, что она охраняет, но она чувствует намерения…» Змея поднимает голову, шипит, Ника прислушивается, улыбается и отходит с ее пути.

Потом говорит, что, кажется, поняла змею, но не может пересказать, в русском языке нет таких слов, букв и звуков.

Воздух вокруг стоячий, сухой, легкий и прозрачный несмотря на то, что в нем кружится легкий песок.

Думаю, что он запросто поднимет в воздух, стоит лишь раскинуть руки, и он удержит, подхватит, позволит лететь. Не абы куда, а только когда знаешь направление и, главное, можешь ответить на вопрос «зачем?».

Ника сворачивает в небольшую пещеру, останавливается, говорит: «Раньше тут, кажется, был тоннель, выходящий насквозь… я помню, но не помню куда. Куда же он выходил? Вверх или вниз? Хотя, какая разница, что вверху – то и внизу».

Бормочет: «Пожар был, а еще торговля с Урарту и Мидией. Золото везли и бирюзу».

Предлагаю ей закрыть глаза и вспомнить еще, сама тоже закрываю, чувствую, как стою на краю пещеры Уплисцихе, но время – иное, сзади несколько мужчин в черной кожаной одежде, с белыми платками на лицах, смотрю вниз, а там скачет десяток рыжих лошадей без всадников, за ними клубы песка, они такие плотные, что затемняют горизонт.