Военнопленные в Центральном Казахстане

И здесь, пожалуй, нужно вспомнить, что современные либерасты фактически втоптали в грязь нашу Победу и, начиная с дела о Катыни и кончая с выступления мальчика из Норильска, придали к вопросу о военнопленных свой особый статус примирения и мифотворчества.

Ещё впервые соприкоснувшись с архивами одного из лагерей, я столкнулся со вступительной статьёй сотрудника этого архива, где кроме всех общих фраз о содержание и истории архива, жёстко и безапелляционно было заявлено об использовании «каторжного» труда военнопленных советской властью.

Видимо такая вот «моральная» оценка архивистов и должна была, по мнению архивиста, разумеется, не без «правильного направления» либерастами, быть лейтмотивом их изучения.

К сожалению, я не оправдал их надежд. Потому что и среди тех, кто продолжал заниматься этим «каторжным» трудом здесь же уже в лагерях ГУЛАГа предателей и изменников родины, а также бандеровщины и прочих националистов не было моих родственников. Они, или погибли в боях за Родину или прошли все круги ада той войны, в том числе и плен.

P/S Автор в своей работе не пользовался никакими другими источниками, кроме архивных материалов и поэтому рекомендует не проводить сравнительного анализа с другими научными работами по данной теме. А они имеются.

Данная работа не является научной и не претендует на это, поскольку автор – публицист. И как он уже заявил в одном интервью по поводу своей работы «Степлаг: Восстание, которого не было» – не кормится с неё. Но, он убеждён, что если кто-то и кормится с этих тем, то должен писать правду, а не следовать конъектуре и указаниям свыше.

Иначе говоря, нужно кормиться по совести.

Глава 1

НАШИ ЦЕЛИ И ИСТОЧНИКИ

Прежде всего, мы должны заявить, что не имеем никаких целей, кроме информативной. Мы никоим образом не претендуем на полное представление о лагерях для военнопленных в Центральном Казахстане, а лишь о тех, к архивам которых мы имели доступ. Например, в списках лагеря №99, который фактически являлся перевалочным, почти 80% военнопленных и интернированных убыли в другие лагеря или организации, которые способствовали строительству новых объектов народного хозяйства.

В этих списках указаны номера этих лагерей и организаций, но отсутствуют указания, где они находились и какова дальнейшая судьба этих военнопленных и интернированных. Ясно одно, что эти объекты находились на территории Казахской ССР, иначе никак нельзя объяснить их прибытие в Караганду, в самый центр республики.