Слишком много колдунов

Хотя чёрт с ним, пусть будет пока чудовище. В порядке обозначения. Так вот, мобиль не хочет ехать и с ним. Если мы будем последовательны в своих гипотезах – а мы будем последовательны в своих гипотезах – то можно предположить, что чудовище и мобиль тоже некоторым образом сообщаются.

– Некоторым, – проговорил Аслан, черкая карандашом по бумаге. – Сообщаются.

– А раз они сообщаются, то не исключено, что чудовище это – вовсе не чудовище.

– А что?

– Вот чтобы выяснить это, – спокойно произнёс Питер, – я его и распилил.

Благо все инструменты были в наличии.

– Нет, – мрачно сказал эвакуатор. – Распилил его ты лишь потому, что меня рядом не оказалось. И за это ещё ответишь. Некоторым образом.

3

«…Воспользовавшись пилящими тросами и мнимым авторитетом в глазах местных жителей, Питер сумел отрезать чудовищу сначала ноги, а затем заднюю часть. Здесь следует пояснить, что оное чудовище собой напоминает гигантскую осу, только с вывернутым вертикально вверх брюшком и без крыльев.

Вот это «брюшко» и было отпилено за каких-то двадцать минут, пока я улаживал с егерем и старостой деревни все формальности.

Когда я вернулся и увидел, что он натворил, возмущению моему не было предела. Но поскольку сделанного не вернёшь, пришлось исследовать то, что получилось. А взору нашему предстали, признаю, весьма любопытные вещи.

Первое, что мы поняли – чудовища не являются животными в привычном нам понимании. Их кровь, если это кровь, не красного цвета.

Жидкости эти имеют цвет от прозрачного до маслянисто-зелёного и очень резкий запах. Далее загадка стала ещё сложнее, потому что «брюшко» раскрылось! Не знаю, то ли в результате удара о землю, то ли от того, что оно потеряло связь с остальным телом.

Стало ясно, что это не животное. Потому что это был не желудок. Это две очень комфортабельные кабины из упругого и прочного материала, в которых обнаружись два человека – пожилая женщина и девочка (видимо, её следы мы обнаружили на тропинке) из местных.

Они были живы и здоровы, только, разумеется, крайне испуганы; мы поручили их заботам егеря и старосты.

Я не сказал это Питеру, и вряд ли когда-нибудь найду силы сказать, но здесь мне скрывать нечего: да, его мысль, что чудовища – это некий транспорт, не лишена известного остроумия. Правда, дальше он делает выводы совершенно несуразные – что этот транспорт призван не погубить, а спасти людей.