Письма о кантианской философии. Перевел с немецкого Антонов Валерий

Итак, вы настаиваете, дорогой друг, на своем утверждении, что относительная культура духа нашего народа снижается в протестантской его части, в то время как в католической она возрастает?

Я могу спросить вас, учитывали ли вы в сравнении, из которого вы сделали этот вывод, с одной стороны, действительно большую быстроту, которая отступает с первым рвением, и, с другой стороны, кажущуюся медлительность, которая основана на оптической иллюзии и становится более заметной с развитием разума, как солнце, в той же мере, в какой оба поднимаются выше над горизонтом? – Вы один, по вашему заверению, только сравнили ход духа среди протестантов с собой и обнаружили, что он не просто движется медленнее, но действительно вот-вот отступит.

Многочисленные факты, о которых вам сообщает это явление, не открывают, однако, никаких утешительных перспектив на будущее в том ракурсе, который вы придали им в своем письме; и я признаюсь вам, что не нашел среди них ни одного, который бы я мог отрицать или в котором бы сомневался.

Но я также воздерживаюсь от всех возражений, которые я мог бы выдвинуть против сомнительности некоторых из этих фактов; потому что, по вашему утверждению, вы хотите, чтобы о вероятности судили больше по взаимодействию всех, чем по силе отдельно взятой причины.

Чтобы показать вам, что я вас полностью понял, я извлеку ваши самые существенные замечания из череды фактов и выводов, которыми вы сопроводили их в своем письме, и повторю их здесь своими словами.

С тех пор как (вы имеете в виду) свободное использование разума в делах религии стало терять для своих защитников славу запретного плода, на место былого рвения к правам разума пришло равнодушие, которое уже время от времени переходит в ненависть и презрение и грозит закончиться всеобщим недоверием. Те, кто еще не убежден, что разум в наше время зашел слишком далеко, по крайней мере, опасаются, что он зайдет слишком далеко, и либо снова ищут произвольные барьеры, либо изобретают для себя новые.

 – Исключительное право разума решать вопрос о значении Библии, это право, от признания которого зависит судьба всего протестантизма, оспаривается даже протестантскими теологами со рвением, которое должно было в немалой степени способствовать пробуждению старых надежд и институтов римского объединения.

Апелляции от разума к ощущениям, к здравому смыслу, к интуиции и чувствам, к чувству Бога и т. д.