По местам сражений Древней Руси

Таким образом, практически до конца IX века Сугдея был несильно укрепленным портовым городом и не мог выдерживать десятидневную осаду русов. Однако, в начале 70-х годов Х века юго-восточная Таврика переходит под контроль Византии, которая, в том числе, образует и фему Сугдеи [4, с. 277]. Тогда поход Бравлина стал русским ответом на потерю «нейтралитета» юго-восточного Крыма. Кроме того, археологи говорят, что выявленные «синхронные разрушения Алустона, Сугдеи, Таматархи в 70—80-х гг. Х века, возможно, являются следствием походов русских дружин, не нашедших отражения в письменных источниках» [6, с.

183].

Данные события стали предтечей появления Тьмутараканского княжества. При этом, русское влияние на крымское побережье фактически оставалось до середины XI века. Об окончательном возвращении Византии в Сугдею свидетельствует факт восстановления в 1059 году стратигом Херсона «железных ворот» и других городских ворот, разрушенных при штурме русской ратью Бравлина. Эта ситуация удачно ложится в канву нашего исследования.

Здесь же оказываются и выводы археологов об идентичности материальной культуры Тамани, Керчи и Сугдеи, которая одномоменто появляется в регионе во второй половине X века и существует до начала XI века [4, с. 273]. Т. е. мы видим, сложное переплетение русско-византийских интересов в Крыму.

В пользу данной версии говорит и чудо с царицей Анной, свершившееся вслед за походом Бравлина. Как отмечают исследователи, речь, скорее всего, идет о сестре византийского императора Василия II, отданной замуж за Владимира Святославовича в Корсуне [5, с.

217—218]. Вероятно, русские возвращались в Киев через Тьмутаракань.

Остановимся на этимологии антропонима Бравлин. Исследователи выдвигают разнообразные версии происхождения имени: предлагают в основу древнерусское бран (ъ) ливъ, шведский топоним Bravalla, индоарийское *pravlin (а), имя епископа Сарагосы Braulio, готское имя *Bra (h) vila, греческое имя ??????? [1, с. 219—220]. Кроме того, что представленные варианты не имеют отношения к среде, в которой находился русский князь, они упускают из виду и армянскую форму антропонима – Пролис [11, с.

119]. Хотя армянский вариант в зависимости от диалектного ареала допускает чтение первой буквы как b/p [1, с. 221—222]. Тогда все-таки приходится признать первоначальным Бра (в/у) лис, которое вследствие разной огласовки и приобрело различное звучание (вероятно, запись в древних документах происходила не с оригинала текста, а со слов священнослужителей).