Погружение. Поэтический дневник

Карнавал

На тарелочке яблоко кружится,

Красной кляксою – бок-материк,

Океан – зеленою лужицей…

Разговаривай! – Да не всё говори.

И пусть в памяти до сих пор вертится

Смех глумливый, конфуз ночной,

Арлекин в гондоле, Венеция,

– Это было давно… Не со мной.

Никого, никого не касается,

Что под маской слёзы текут,

Не Мальвина и не красавица,

А свирель… И ряд дырок в боку.

Наиграю беспечно мелодию,

Насмешу набежавших зевак,

Не сонату и не рапсодию,

Я исполню им… краковяк!

Утро.

Кофе. Яблочный струдель.

Просыпайся. Чудес не будет.

Именитые коллекционеры

Для тех пользователей сайта Поэмбук, которые занимаются стихоплетством на досуге, может быть удивительным, что крупнейшие сочинители с мировой славой как раз словом жонглировали всерьез. А вот на досуге занимались вещами вовсе легкомысленными.

Антон Павлович Чехов, к примеру, коллекционировал марки, насобирал их невероятное количество! И сам над собой или над смешной этой страстью подшутил в «Записных книжках»: «Молодой человек собрал миллион марок, лег на них и застрелился».

А зачем они еще?!.

Федор Михайлович Достоевский был отчаянным игроком, и я никому не открою Америки, сообщив, что этой его страсти был посвящен роман «Игрок». Между прочим, Пушкин тоже был картежником, и его «Пиковая дама» – свидетельство того, что знал он значение слов «понтировать» и «фараон» не понаслышке.

Николай Васильевич Гоголь любил готовить и угощать своих друзей варениками и галушками, а вот азартными играми вовсе не злоупотреблял.

Что, однако, не помешало ему создать дивную пьесу «Игроки», детектив по сюжету, без единого женского образа, что в те годы было полной несообразностью!

А вот увлечение Салтыкова-Щедрина было редкостным и мало упоминается: он обожал крылатые фразы из Библии и древней истории и сам их переводил, часто включал в свои произведения. Правда, сравнивать их с точным переводом в современных словарях… затруднительно, настолько его переводы индивидуально окрашены.

Приведу парочку, остальное можете сами пособирать по произведениям.

«С одной стороны, нельзя не признаться, с другой стороны, нельзя не сознаться».

«Не знал, чего ему хотелось: не то конституции, не то севрюжины с хреном».

В особняке Рябушинского, где сегодня Музей-квартира Горького, можно увидеть на камине коллекцию японских миниатюрных фигурок – нэцке.