Судьба и Служба. Тюркские контуры России

Всех и вся там как бы залиговывала одна метарелигия, к которой собственно и принадлежали потомки Чингисхана. Французский этнограф и религиовед Жан-Поль Ру назвал религию тюрок, монголов Евразии тенгризм. Ныне говорят: тенгрианство. Тенгри – вечное, голубое небо. Яса Чингисхана и начиналась: «Во имя Тенгри…»

Упрощая, можно сказать: евразийскому духу причастны славяне и тюрки. Чужды – европейцы и… арабы. И это тоже – метарелигиозное или дорелигиозное глубинное различие. Физика детерминирует: чтобы издать, например, басовый звук, струна должна иметь достаточную длину, толщину.

Европейская теснота, слежение за соседом провоцирует одну психологическую реакцию, Простор – другую.

Меру жестокости войн, масштабы геноцида – сейчас этот вопрос на 99 % во власти писателей, пропагандистов. Условно говоря, евразийскую жестокость принимают по картине Верещагина, той, что с пирамидой черепов, а европейскую, что почти забавно, по его же: «Британская казнь в Индии», там, где пушками разрывают.

Кстати, и то, что иногда объясняется (очень приблизительно) западным термином «Фатализм»… Русское «Судьба» и тюркское «Язмыш, Кысмет» – еще один совпадающий пункт наших матриц.

На одном из заседаний Исторического клуба (председатель Сергей Бабурин) Директор Центра географии религий Роман Силантьев подчеркивал факт: во всех войнах с мусульманскими Турцией, Персией российские татары, башкиры, кавказские народы (вплоть до Дикой дивизии в Первую мировую войну) не просто сохраняли лояльность – были доблестными воинами Российской армии.

Известны тысячи примеров: российские воины-мусульмане носили орден Святого Георгия. С учетом деликатности нюанса разработали специальный дизайн: орден, те же знаменитые цвета, но вместо фигуры святого Георгия двуглавый орел. Так многие награждаемые воины говорили: «Да нам лучше орден с джигитом (святой же на коне!) – чем птица!»

Той верности много причин: Россия – наследница общего родового дома – Улуса Джучиева, влияние древней метарелигии (о тенгрианстве подробнее в сюжете«…и вера в Веру»), а также Яса Чингисхана – высший мировой эталон веротерпимости (но не равнодушной толерантности!).

Не соглашаясь с термином «иго», я ввел формулу: «Россия «освободилась» от Орды – вместе с Ордой, в придачу». И эта «придача» – не только Поволжье, Урал, Сибирь, но и наше, евразийское отношение к религии. Мы просто вступили в наследие в Улусе Джучиевом, была даже формулировка историков: «Хан переехал в Москву».