Нострадамус

Первый из этих катренов, как считает Лепелетье, предсказывает установление якобинцами 10 ноября 1793 г. культа Разума, который осуществлялся в отобранном у католической церкви соборе Парижской Богоматери (Нотр-Дам де Пари). Все католические священники были обязаны принести присягу верности Республике. А если они этого не делали («непокорящиеся»), то подлежали смертной казни. Монастыри и семинарии при якобинцах были закрыты. А из-за отсутствия церковных служб цена на восковые свечи снизилась по сравнению с медом.

Второй катрен Лепелетье относит к следующему этапу религиозной политики. 8 июня 1794 г. по инициативе Робеспьера на смену культу Разума, носившего атеистический характер, был учрежден культ Верховного Существа, который Нострадамус, если бы он увидел его, мог бы расценивать как языческий. Эта новая религия, согласно его предсказанию, откажется от своего глубокого фундамента, т. е. христианства, или, еще конкретнее, католицизма. Возвращение к первоначальным, человеческим законам (после того как основой всего был закон Божеский), конечно, регресс, с точки зрения как Лепелетье, так и Нострадамуса.

Загадка Людовика XVII

Самым загадочным событием Французской революции, пожалуй, предстает дело Людовика XVII. Удалось ли дофину, сыну Людовика VII и Марии Антуанетты, вырваться из рук тюремщиков? Долгие годы этот вопрос мучил историков. После революции находилось немало лиц, претендовавших на титул французского короля.

Рассмотрим события по порядку.

По приказу Конвента французская королевская семья была заключена в тюрьму Тампль 13 августа 1792 г., Людовик был гильотинирован 21 января 1793 г., Мария Антуанетта – 16 октября того же года. Их сын Луи Шарль, дофин Франции, стал королем 21 января 1793 г. после казни отца. Сироте было восемь лет. Конвент назначил сапожника и депутата парламента Симона его опекуном. Симон был человеком простым, но не злым.

Обнаружив пропажу заложника, республиканцы решили казнить тетку мальчика госпожу Элизабет, ненужную свидетельницу побега, и объявили, что ребенок умер от болезни 8 июля 1795 г.

Хотя тайна оставалась неразгаданной до наших дней, Мишель де Нотрдам в нескольких четверостишиях за 240 лет до случившегося рассказал миру истории Людовика XVII.