Любовницы

– Ну да, скажет тебе мужик, что на районе такой альфач появился, – хохочет рядом стоящая женщина. Кажется, это уже даже чья-то бабушка, а не мама.

До конца занятий еще десять минут, но дверь распахивается и выходит дочка с пакетом в руках. А следом за ней тот, от которого все пришедшие дамы вытянулись так, словно проглотили спицы.

– Есть мама Малышевой? – низкий баритон никак не вяжется с такой молодой внешностью.

–Я, – тяну руку вверх и подаюсь вперед, не замечая огорченные вздохи остальных.

– Добрый день, у нас случилось ЧП, – тренер мягко улыбается и я…я просто распадаюсь на какие-то микрочастицы от этой улыбки.

Красив. Молод. Федя даже и рядом не стоял. И мысли о муже как-то быстро сбивают внутренний накал. Я же мать, в первую очередь. Это Карина бы сразу взяла его в оборот, а мне нельзя.

– Что такое? – вижу, что кисть у дочки перебинтована.

– Я упала, – отвечает Алина и вздыхает.

– Не послушалась меня и неправильно выполнила элемент. – Поправляет ее тренер. – Там небольшая ссадина, но ничего серьезного.

Мы обработали ее и оставили Алину отдыхать на скамейке. Понаблюдайте пару дней, если к ссадине не добавится растяжение, можете приходить на занятия в понедельник.

– Спасибо… – запинаюсь, потому что не знаю, как его зовут.

– Григорий Сергеевич, – подсказывает он, – а вы?

– Светлана. Просто Светлана. – Беру дочь за здоровую руку. – Очень признательна вам за заботу.

– До скорой встречи, – прощается он со мной и снова улыбается этой светлой и мягкой улыбкой, от которой у него по краям глаз появляются небольшие морщинки.

Уходим от здания все дальше и дальше. И все это время я стоически игнорирую желание обернуться, чтобы хотя бы еще разок увидеть его лицо.

7. Ника

Запотевший бокал с шампанским приятно холодит пальцы. Кто бы сомневался, что Карина поступит как-то иначе. Ведь домашние посиделки с тортом и чаем явно не про нее. Стоит признать, что новость о квартире слегка пошатнуло мое душевное равновесие. Но это была не зависть, а переживания за подругу.

Внутренний голос отчаянно вопил, что добром это не кончится.

– Никусь, давай хоть ты не будешь сидеть с кислым лицом, – девушка протягивает свой бокал, чтобы со звоном чокнуться. – Все-таки, жизнь налаживается.

Смотрю на Каринку и подмечаю, что она вся светится. Как ребенок, который впервые в жизни увидел чудо наяву. Ей даже трудно усидеть на месте, чего не скажешь о Свете. Вся ее поза говорит о том, что ей некомфортно в этих апартаментах.