Бесстыжая для нахала

Я бы даже сказала, что раньше ЭТО было медведем. Баранкин смотрел в глаза и видимо ждал в знак благодарности такой же щенячьей радости от меня.

– Эх, ты, – треплю его за ухом и подхватываю пальцами край ошейника.

Пес почуял неладное, но было поздно. Упирайся сколько влезет, но я тебя все равно или искупаю, или притоплю малехо. Пока проводила водные экзекуции, Дамир убрал беспорядок в прихожей и даже собрал разваленный шкафчик.

– Так, с одним справилась, теперь второй, – сажусь на табуретку и достаю из аптечки перекись.

 – Иди сюда.

– Да там царапина, – отмахивается парень и кривится.

– Я сама решу нормально там или нет. – Прихлопываю по соседнему стулу и он, неохотно занимает указанное место. – И как ты так умудрился?

– Этот гад мохнатый врезался в шкаф и оттуда слетела твоя вазочка. Я споткнулся и грохнулся прямо на осколки. – Виновато опускает он голову.

– Это такая глиняная и с уродскими бабочками?

– Угу.

– Фух, отлично! Наконец-то эта жуть исчезла из моей квартиры.

 – Смеюсь, когда вижу непонимающий взгляд соседа. – Да это моя маман в очередную из своих творческих конвульсий вылепила эту гадость. В тот раз она возомнила себя великим гончаром. Поверь, почти все наши знакомые были осчастливлены ее презентами из глины. Выкинуть рука не поднималась, а так скажу, что вазочка пала смертью храбрых.

– И тогда твоя мама возненавидит меня еще больше, – как то удрученно произносит Дамир.

Мы оба одновременно поднимаем головы и я понимаю, что оказываемся вплотную друг к другу да так, что наши носы почти соприкоснулись.

Впервые я вижу его лицо так близко. Смотрю, как зрачки резко сужаются и затем расширяются почти на всю радужку глаза. Парень резко втягивает воздух и по его руке под моими пальцами проходит дрожь. Мне неловко и я резко меняю позу. Конечно же, чуть не сваливаюсь с табуретки и Дамир вовремя успевает схватить меня за край рубашки.

– Денечек сегодня не задался, – нервно хихикаю и встаю на ноги.

– Есть такое, – он поднимает здоровую руку и трет затылок. При этом действии его футболка задирается выше и обнажает пресс. Понимаю, что бесстыже пялюсь на кусок оголенной кожи. Прям под стать своей фамилии. Он ловит мой взгляд и на его губах появляется улыбка. Блиин, спалил, гад!

– Ладно, я в душ. – Отлипаю от стенки и несусь мимо парня. И хорошо, что он не видит моего лица. Потому что, кроме шока, на нем красуется один немой вопрос.