Бесстыжая для нахала

– Парень по-свойски топает на кухню и ныряет в холодильник.

– Ну уж нет, не надо. С мамой я как-нибудь сама справлюсь. И желательно без твоего присутствия. – Бросаю взгляд на часы. – Пожалуйста, позавтракай у себя.

– Другими словами, ты хочешь, чтобы я свалил побыстрее? – Он замирает у стола и буравит меня взлядом.

– Логично предположить, что да.

– Окей, – как-то подозрительно быстро соглашается он в ответ. – Но ты мне будешь должна.

– Чего? – удивленно переспрашиваю этого паршивца.

– Не чего, а что.

Услугу. Желание. Как тебе удобно, так и называй.

Я бы повозмущалась и поспорила, но звонок домофона заставляет ускоренно решать этот вопрос.

– Ладно-ладно, согласна, только скройся с глаз долой. – Буквально выталкиваю его за порог. И только потом до меня доходит, что кажется, я подписала себе приговор.

Глава 2

– Баранкин! – взвизгиваю при виде пса в двери и несусь к своему мохнатому чуду. Чистокровная дворняжка без особого аристократичного ума и с повадками милого бомжонка.

Это существо я нашла в снегу с перебитой лапой у мусорника. Какой-то ирод решился выкинуть искалеченное животное прямо в канун Нового года. Конечно же, моя душа поэта не выдержала столь кощунственного отношения человечества к этому маленькому комочку шерсти. Пес был подобран, отмыт, согрет и для профилактики обработан от всех паразитов. Хотя по факту он и сам-то оказался паразитом еще тем. Вообщем, можно было вытащить Баранкина из мусорки, но любовь к тому месту у него по ходу осталась в крови. А еще из маленького щенка он умудрился вымахать в лося сантиметров сорок в холке. Но меньше от этого я любить его не стала. И вот несется этот кадр на меня и заваливает прямо на пол, пытаясь облизать все лицо.

– Баранкин, фу! – Где-то сверху звучит голос маман и вскоре, я снова вижу мир перед собой, так как она умудряется оттащить пса в угол.– Никакого воспитания в этом доме! Нет, чтобы мать первую обнять, она с собакой лобзается.

– Привет, мамуля, – широко улыбаюсь и, не напрягаясь, прямо на четвереньках ползу в сторону кухни.

Баранкин в восторге. Мать в ауте. – Чай или кофе?

– Веревку и мыло. Вы скоро доведете мать до нервного срыва. – Она театрально вздыхает.– Мне кажется или период ползанья на коленках мы прошли эдак лет двадцать назад?

– Ну и что? Не грех воспользоваться хорошими навыками даже через только лет.

– Главное обратно в рот ничего не начинай тащить. Или если уж потащишь, то помой перед этим. Гигиену никто не отменял.