Можно я постучусь в твою дверь?

– Это нервное, – огрызаюсь в ответ и десятый раз расправляю несуществующие складки на шифоновой блузе.

После долгих споров при выборе одежды, все-таки отвоевала строгие черные брюки и блузку. Все-таки хотелось выглядеть презентабельно и создать впечатление, будто я очень серьезный человек. Ирка фыркнула и окрестила мой наряд «А-ля только что с похорон, но нашла на вас минутку. Не откажусь от чая, а то булку с поминок чем-то запить надо».

– Понимаешь, нужно быть яркой, запоминающейся, – не перестает бубнить подруга, пока мы едем в такси.

 – А ты что?

– А я что? – спрашиваю, не отрывая взгляда от мелькающих за стеклом пейзажей.

– Мрачная и хмурая.

– Вот приеду на место, там и буду улыбаться. – Отмахиваюсь от ее слов. – Чего прицепилась ко мне, как банный лист?

– Потому что знаю тебя, как облупленную. Если бы не поехала с тобой, ты бы куда-нибудь свалила. Так что считай этот контроль моим личным вкладом в твою дальнейшую счастливую жизнь.

И вот же, зараза, попадает в точку. Нет, я не настолько была пуглива и трудностей не боялась.

Но именно это собеседование наводило на меня какой-то не то трепет, не то ужас. Внутри все потряхивает и я не понимаю, что именно на меня так воздействует.

Хотя нет, знаю.

Когда мне было три, а ему двенадцать, я умудрилась вырулить в чем мать родила на даче, куда он приехал в гости к моему дяде и папе вместе со своими родителями. А чтобы фиаско стал еще более запоминающимся, меня еще и стошнило на него тем килограммом арахиса в шоколаде, до которого я втихаря добралась.

И, конечно же, это стало тем видом байки, которую любили рассказывать на всех празднованиях, когда собиралась вся родня. Ну, знаете, когда они все сидят и смеются, а ты краснеешь и мечтаешь провалиться под стол. А еще лучше, под землю. Оставалось лишь надеяться на то, что прошло очень много лет и Эрик обо всем забыл. Потому что с того злополучного дня мы больше не виделись.

– Вот и все, – Ирка тычет меня в плечо, выводя из воспоминаний, – приехали, мать.

Расплачиваюсь с таксистом и неохотно выползаю из салона машины на улицу. Конечно же, огромные здания под сто этажей завораживают.

– Что-то у меня закружилась голова, – вздыхаю.

– Уже? Так ты ж еще даже не поднялась наверх. – Подруга подталкивает меня вперед, заставляя шагать в сторону раздвижных дверей. – Не выдумывай, ничего у тебя не болит, не беспокоит, не чешется и не крутит. А если вдруг что, не беспокойся, я тебя вылечу.

– Как? – скептично уточняю.