На подступах к Сталинграду. Издание второе, исправленное

Плюс две ручные гранаты, вода в полной фляжке и сухой армейский паёк на три дня.

Итого, много больше чем пуд, а если выражаться точнее, то, считай, полтора. Зимой, к ним нужно добавить тёплое нижнее бельё, носки и перчатки, ушанку и валенки, штаны и фуфайку на вате. Всё это тянет уже под тридцать кило.

Кто-то печально вздохнул, а старик с усмешкой сказал:

– Ничего, быстро привыкните. – он немного подумал и грустно закончил: – Если останетесь живы.

Весь день, молодые ребята и мужики разного возраста возились с новенькой формой.

Под руководством Ивана неопытные новобранцы обрезали «неподрубленные» при пошивке шинели. Причём, всё сделали так, как того требовал строгий устав. То есть, чтобы от земли до нижнего края одежды осталось ровно двадцать пять сантиметров.

Затем все учились сворачивать армейское шерстяное пальто в аккуратные скатки, надевать через бритую голову и удобно устраивать на левом плече. Ну, а если, у тебя на спине окажется полный мешок, то придется шинель разметить подковой на нём.

Хорошо, что все были родом из деревень или сёл. Все часто носили лапти с онучами и быстро освоили намотку портянок. Сверху надели тяжёлые, непромокаемые, как говорят, кирзачи.

Переодевшись в армейскую форму, Павел решил, не стоит бросать на полковую помойку ту одежонку, в которой его призвали на службу. Пусть она не очень и новая, но успешно прослужит ещё год или два.

Какая разница, в чём ходить младшим братьям на работу в колхозе? Дыр на ней нет, срам надёжно прикрыт, чего ещё нужно мальчишкам? Чай, не на свадьбу они собрались.

Павел подошёл к старшине, что командовал их огромным бараком, и задал невинный вопрос:

– Можно отправить домой гражданские вещи? – На что получил незамысловатый ответ:

– Сдайте на склад, товарищ солдат.

Парень понял, что отец был прав, как всегда. Он ведь сразу сказал: «Надевай, что похуже. Из расположения части тебя не отпустят. Так что, до почты тебе не добраться». Боец успокоился тем, что послушал родителя, и сделал так, как ему объяснило начальство.

Он взял свои неказистые шмотки, свернул в плотный узел и отнёс их в пакгауз, на который указал командир. Солдат вошёл в тёмную низкую комнату, огляделся вокруг и увидел пожилого сержанта.

Тот сидел за убогим столом, топорно сколоченным из неровных досок. Вокруг находилось большое число стеллажей, построенных из горбыля. Они были завалены каким-то несусветным тряпьём.