Разведчик, штрафник, смертник. Солдат Великой Отечественной (издание второе, исправленное)

Вот только уж очень отец за него опасался и сильно берёг. Не отпускал от себя и не разрешал, рисковать понапрасну.

Поэтому и не стал Вася таким знаменитым, как Водопьянов, или кто там ещё у нас есть, из самых известных «сталинских соколов»: Леваневский, Байдуков, Беляков или Громов.

После выпуска из авиашколы он оказался недалеко от Кремля. Служил на должности младшего лётчика 16-го полка, стоявшего в Люберцах, что в Подмосковье. Вот там мы его охраняли.

В задачу нашего взвода входило «быть на периметре».

Мы находились на расстоянии в двадцать, самое многое, двадцать пять метров от Васи, и составляли дальний круг его личной охраны.

В среднем круге – в пяти-шести метрах от сына вождя – «работали» уже «волкодавы», профессионалы высокого уровня. В ближний круг входили личные телохранители Васи. Они всегда находились рядом с «объектом» и ночью, и днем.

Ох, и тяжко же им приходилось. Уж очень Василий был компанейский. Как говорится, рубаха-парень, невероятно широкой души человек. Всё время, возле него крутилось много школьных и военных друзей.

Если «приятелей» было два человека, то рядом стоял один из охранников. Если «знакомцев» становилось три или четыре, подключался второй, который до этого держался в сторонке. Ну, а коли толпа становилась чуть больше, тут уже все бодигарды начинали «работать». А их было шестеро. Соответственно и все остальные поближе подтягивались.

Несмотря на большое родство и особый статус «объекта», люди весьма уважали Василия. Так что, у всей охраны и аэродромной обслуги сложилось о нём чрезвычайно хорошее мнение.

Прямой и, нужно сказать, совершенно открытый для всех человек. К тому же, честный солдат, который сроду не прятался за спины других. И ты Григорий учти, так считали все окружающие.

Но имелись у Васи и недостатки. Причём, довольно существенные. Он часто садился в машину и со всеми друзьями мчался в Москву. Уж очень любил он покутить в ресторанах.

Что там случалось и как, мы, к сожаленью, не знали. Во время этих отлучек нас в столицу не брали, а оставляли на месте.

В городе важный «объект» охраняли уже особисты в штатской одежде.

Дмитрий с улыбкой вздохнул и сказал:

– До чего же мне было там хорошо. На аэродроме мы жили отдельно от прочих солдат и, тем более, от авиационной обслуги. Питались – дай бог каждому жителю нашей страны.

Там же на месте с нами работали инструкторы НКВД. В часы, свободные от охраны «объекта», они занимались с нами по полной программе.