Разведчик, штрафник, смертник. Солдат Великой Отечественной (издание второе, исправленное)

Теперь за чужую схватился? – заметив, что парень не среагировал на злые слова, он вдруг добавил жёстким начальственным голосом: – Почему вы рядовой не отдаете честь старшему по званию?

Только тогда солдат понял, что, судя по форме, перед ним механик-водитель, а то и командир советского танка. Ворот его гимнастёрки был, фривольно расстёгнут и петлицы парень не видел. Значит, в лучшем случае, это сержант, а в худшем и весь лейтенант. А он на него чужую винтовку направил.

Да за подобное действие, запросто под трибунал загремишь.

Правда, сейчас можно очень легко и на немецкого диверсанта нарваться. Хотя диверсантов он уже видел в той роте, где недавно служил. Это всегда офицеры пехоты или связисты, и к тому же, они никогда не бывали такими чумазыми.

– Предъявите свои документы, – строго потребовал хмурый Григорий.

Танкист не стал возражать. Он сунул руку в нагрудный карман комбинезона, вынул оттуда небольшую брошюрку светло-серого цвета и подал бойцу.

Не убирая палец с крючка спускового устройства винтовки, солдат осторожно взял её левой рукой.

Он отступил на два шага назад и пролистал «Красноармейскую книжку», покрытую пятнами машинного масла.

Всё вроде бы, было в порядке. И, к счастью, это оказался сержант, а не боевой офицер. Григорий вернул бумаги владельцу, опустил трёхлинейку и закинул её на плечо. Он вытянулся во фрунт и хотел козырнуть, но вовремя вспомнил, что ещё в ходе боя, он потерял, где-то пилотку. Поэтому доложил просто так:

– Рядовой Григорий Степанов.

Охранная рота аэродрома номер 15/2704. Выхожу их окружения. Пробираюсь к своим.

– Вольно. – бросил сержант. – А я, как ты уже прочитал, механик-водитель танка, Леонид Иванович Скоков. Можно звать просто Леня, – и без всякого перехода новый знакомый спросил: – Жажда, наверное, мучает? – не дожидаясь ответа, он протянул парню фляжку.

Григорий принял баклажку из алюминия, открутил колпачок, что висел на короткой цепочке, и сделал приличный глоток. Парень тотчас опомнился и прекратил бездумно хлебать тёплую жидкость.

Ещё неизвестно, сколько придётся тащиться по жаркой степи. В такой ситуации, воду нужно беречь.

Танкист отвернулся, присел и снова стал рыться в чужом вещмешке.

– Насчёт мародёрства, так ты это зря, – бросил он парню через плечо. – Им уже ничего больше не нужно, – сержант кивнул на разбросанные возле воронки куски человеческих тел. А нам с тобой, придётся их всех хоронить, а потом ещё топать до ближайшей воинской части.