Олень в галстуке. Часть первая

– Почему? – спросила она, продолжая смеяться.

– Я где-то читал и так же слышал, что родовые связи, как и нравственность – продукт деятельности чужеродных сущностей, которые пожирают людей. А значит, если руны действительно имеют благие намерения и служат светлому, то они просто не могут восстанавливать никакие связи с родом, потому что это во вред, – заявил я, как одно слитное слово в потоке эмоций, мной овладевших.

Хелен смотрела на меня выпученными глазами и, казалось, в этот раз уже она на несколько мгновений потеряла дар речи.

– Ты же буквально недавно сам мне поведал о том, что по твоей новой информации восстанавливать эту связь и принятие важно?! – вопросила она, но на лице ее в этот раз виднелось абсолютно наигранное недоумение.

Тем не менее, теперь дар речи потерял я.

– И правда, как это выпало из моей головы на какую-то минуту? – должен был теперь прозвучать резонный вопрос в моей же голове, но он не прозвучал. Хоть я и задумался на момент, но все же…

– Все это чушь! – начал топать я ногами.

 – Чужеродные создания из глубокого космоса захватили людей и запудрили, промыли всем мозги, а теперь управляют, как хотят!

Хелен попятилась назад, но я еще не понимал почему.

– А кто управляет тобой в данный момент? – искренне улыбнулась Елена.

А я тем временем разозлился еще больше и совершенно вышел из себя.

– Как она может такое предполагать? – навязчиво звучало в моей голове, полностью игнорируя ее крайний вопрос.

 – Она же должна давно знать, что существуют сущности, о которых ты говоришь. Так что все это постановка под сомнение стадии ее развития и вообще, надежности ее как источника, а это все совершенно меняет дело! – заключил Черный, почесав чем-то типа кулака свой пернатый подбородок тьмы.

Далее, пока я яростно отстаивал свою или не свою позицию, пролетали часы, где мне безудержно мерещилось, будто Хелен занимается самолюбованием и либо хочет принизить мой опыт, который я описывал, дабы возвысить саму себя и свою важность на моем фоне, либо, что того хуже, намекнуть на то, что в моей силе иметь свое непредвзятое мнение, а значит – быть полностью самостоятельным, отчего мне ужасно хотелось доказывать обратное любыми путями.

Явно понимая, что я вновь впал в позицию невменько, Елена пыталась вразумить меня и искренне старалась помочь прийти в чувства.