Бурная молодость Жени Степанова

По каким-то неведомым признакам, подросток вдруг понял, что этот кинжал изготовлен из, знаменитой, золингеновской стали. О ней он как-то слышал в рассказах отца.

Положив ножны на стол, Женя почувствовал себя не меньше, чем мушкетером. Подражая герою книг Д`Артаньяну, он ловко крутанул правой кистью. Кинжал очень удобно лежал даже в его узкой ладони.

Пальцы сами собой сжались вокруг рукояти. Она оказалась хорошо приспособлена для удержания, как прямым, так и обратным хватом. У паренька создалось впечатление, что безразлично, как её брать.

Хоть голой кистью, хоть в толстой шерстяной рукавице. Всё равно будет сидеть в кулаке, как влитая.

Оружие не начнёт проворачиваться, а скользнуть руке на острое лезвие не даст перекрестье. Развитое навершие позволяло вырвать кинжал из противника, даже если он прочно завязнет в одежде, сухожильях и мышцах.

Благодаря гарде и заднику выбить кинжал из руки почти невозможно. Клинок обоюдоострый, хорошо приспособленный, как к колющим, так и к рубящим видам ударов.

Плюс ко всему, сталь очень прочная.

Во время Великой Отечественной войны, учитель истории Жени, служил во взводе разведки. Он говорил, что такое оружие очень ценилось на фронте. Недаром все наши солдаты, в том числе и десантники, очень хотели обзавестись подобным кинжалом.

Фашистский клинок оказался намного удобнее наших армейских ножей или фронтовых самоделок. Он хорошо подходил и для того, чтобы снять часового, и для боя в траншее, или в тесной землянке.

Дело было всё в том, что оружье СС являлось копией старинных средневековых кинжалов. Точно такими клинками вооружались знаменитые швейцарские и другие наёмники.

– Хорошая штука! – с грустью подумалось Жене: – Но зачем она людям теперь? Войны давно уже нет и никогда уже больше не будет. Никто не посмеет напасть на СССР, победивший фашистов. – подросток сунул клинок в потёртые ножны. Печально вздохнул и положил на столешницу опасную вещь.

– Кто его знает, вдруг пригодиться в хозяйстве.

 – сказал он себе: – Когда подрасту, буду ходить на охоту, а там, как говорил мне отец, никак нельзя без ножа. То нужно нарезать еду, ветвей для костра и подстилки, а то и разделать убитого зверя.

Новая схватка

Женя пробыл в медпункте целых три дня. Ещё через четверо суток, всё повторилось опять. Парень снова стоял в живом заграждении. Язык непроизвольно касался дыры, оставшейся в челюсти от выбитого здорового зуба.