Откуда ты родом, душа?

Чувство вины – это как бы незримое, но действенное соглашение человека с обществом в том, что он обязуется не заходить за пределы морально ещё допустимого и терпимого поведения, а общество, в свою очередь, обязуется не наказывать его в пределах этой границы. Таким образом, чувство вины – это «самонаказание» человека, которое заставляет его держаться в допустимом традициями и нормами диапазоне. Оно гарантирует тот «люфт» нравственности, за пределами которого с неумолимостью рока уже вступает в действие карательная машина в лице правосудия, то есть оно обеспечивает допустимый диапазон поведения, который ещё не наносит ощутимого ущерба обществу и его членам.

В противном случае, малейшее отклонение от нормы сурово бы наказывалось, и жизнь сама по себе была бы просто невыносимой, не говоря уже о том, что это потребовало бы излишне громоздкой и скрупулёзней системны правосудия.

В дополнение к вышесказанному следует отметить, что чувство вины формировалось, по всей видимости, не только на почве межличностных взаимоотношений в обществе, но и на почве отношения индивидуумов к наиболее общим действующим нормам, обычаям и традициям, нарушение которых трактовалось как отклонение от правильного пути или порядка и выражение которого, например, в Китайской философии заключалось в понятии Дао, не следование которому ведёт к гибели, а в Античной философии – в понятии Космоса, то есть мира, мыслимого как упорядоченное единство.

Резюмируя выше отмеченное, можно сказать, что причиной возникновения чувства вины послужило отклонение от «справедливого» поведения в условиях переизбыточности зла.

Функцию, которую данное чувство призвано было выполнять, это регулирование нравственности в пределах ещё ненаказуемого поведения; и разряжающее последствие чувства вины – это или искреннее сострадание, или ханжество, или психосоматопаталогия (как следствие фрейдовского вытеснения).

И вряд ли можно согласиться с авторами, полагающими чувство вины врождённым свойством личности человека.

Так, например, О. Ранк считал, что человеку присуще «биологическое чувство вины», отвечающее потребностям рода

. А Шопенгауэр в «Новых паралипоменах» писал:

«Так как характер врождён, а поступки – лишь его обнаружения, причём повод к крупным злодеяниям встречается не часто и отпугивают сильные противоположные мотивы, и так как наш образ мыслей обнаруживается для нас в желаниях, мыслях, аффектах, т. е.