О движении, пространстве и времени

Звезда, стремительно уменьшаясь в размерах, сколлапсировала.

Насколько этот процесс может быть представим нашему сознанию? И что означает падение вещества звезды внутрь ее? Ее плотность оказывается в триллионы раз больше плотности нашей планеты. Величина этой плотности может быть выражена только на языке цифр и чисел, но и только. Все остальное мы можем только предоставить своему воображению. Но последствия коллапса – взрыв этой сколлапсировавшей звезды, с деформированием космического пространства на протяженности в десятки триллионов километров, с образованием космического облака из атомов всех нам известных химических элементов, из которых состоит вся окружающая нас природа, в том числе и мы, – перед нами: это наша солнечная система и мы сами с нашим понятием об этих космических трансформациях.

Как и при обсуждении первого примера, здесь мы можем оценить правомерность постановки вопросов, имеющих чисто мировоззренческий характер. Относительно истории существования и завершения бытия этой звезды – прародительницы нашего Солнца такие вопросы могли бы звучать так: Когда и зачем возникла эта звезда в нашей части космического пространства? Для чего нужно было возникнуть этой звезде? И если первая часть первого вопроса имеет смысл вопроса для науки, то вопросы целесообразности возникновения звезды или любого другого, не только космического, но и иного, тела, имеют только мировоззренческую основу.

Ответы на них обусловлены не столько научным знанием человека, сколько состоянием суверенности его сознания, свободы и независимости его мышления от суеверий и предрассудков, не имеющих ничего общего с культурой и образованием современного человека.

Для человека с суверенным сознанием постановка вопроса с мировоззренческой основой о целесообразности возникновения, или даже больше, создания какого-либо космического объекта, существующего помимо воли и усилий человека, полностью лишен смысла, он абсурден по своей сути. Время средневековой схоластики для такого человека прошло.

Для человека с религиозным мировоззрением вопрос такого характера также не имеет особого смысла, поскольку этот человек полностью уверен в создании мира и Вселенной неким мифическим, для неверующего человека, творцом. И задавать этот вопрос человек с мистифицированным религией сознанием может только с целью своих упражнений в риторике и наукообразных религиозно – философских поисках. То есть для верующего это время сохранилось.