Краб. Апофеоз

Последние дни мне ОЧЕНЬ не нравится дичь, что ты творишь. Вот и подумай, блин. И всё, я пошёл…

– Параметры для разгонников, сэр.

– Блин, вот сам тупить с тобой стал. Когда будут?

– Уже, сэр. Вводите данные.

После чего стал я вводить в бортовой вычислитель данные. После одного, чтоб его, подводного приключения, разгонные катушки получили возможность регулировки не только в плане мощности, но и конфигурации поля. А то меня очень уж расстроил пшик из ствола по хамски жующей Краба гадской коркодилине.

А после, всё таки, пошёл я в кессон.

И он был, согласно схеме склада, скинутой мне Дживсом. Правда в тощем была только схема склада, а не его содержимое, что, впрочем, похер – всё выгребаем, а потом разберёмся.

Схему “закрытия дверей” эфиряка тоже не зажал, так что я встал в кессоне, раскрабившись между стенками. С некоторым опасением смотря на конец двадцатиметрового коридора, за дверью в конце которого булькала Бездна.

Впрочем, дверь не ломалось и вообще. А Дживс поднимал мне настроение.

– Учебники и наставления, сэр. Общетеоретические, сэр, это изумительно!

– Да, неплохо. И всё? – заинтересовался я, только поморщившись на сотрясение.

– Нет, сэр. Но набор готовых схем довольно странен. Я бы сказал – милитаристичен, сэр.

– Догадываюсь почему, Дживс. Но об этом потом поговорим. Ретрансляторы есть?

– Есть, сэр. Около десяти тысяч, сэр, по предворительной оценке.

– Зашибись, – порадовался я. – А как они сюда влезли-то?

– Ретранслятор – небольшой прибор, сэр.

Его предназначение – передача сигнала через гиперпространство к другому ретранслятору Электромагнитного, сэр. И размеры его семь на восемь сантиметров, сэр.

– Хм, совсем маленькая фигулина. А сколько пользы! – оценил я.

И продолжил ждать. И вот, когда до выгрузки всего склада оставалось всего четверть часа, всё взяло, и стало как всегда. Причём без каких-то предварительных ласк, блин!

То есть, стою я раскрабленный в кессоне. Сзади, в пяти метрах, закрытая заслонка.

Впереди, в тринадцати – другая закрытая заслонка. Потолок белым светом светится, матовый серый металл стен, всё как в лучших тригинских домах.

И вдруг я вижу перед собой (вот не было – и вот оно!) поганое такое, противное, розово-коричневое здоровое мокрое и даже на вид скликое щупало. Торчит оно, значит, из передней заслонки, обтекает. Кончиком буквально метра до Краба не достав.

– Пиздец, – вслух я откоментировал я увиденное, потому что это он самый и был.