Историческая проза

– В-в-всё в-в в порядке… – попытался сказать Пётр, но не смог из-за озноба: Пётр так замёрз, что местами покрылся ледяной коркой.

Алексаша с ужасом в сердце взглянул на окоченевшего Петра, упал на колени и заплакал:

– Петя! Петенька! Что же мы наделали! Миленький! Ах, если бы я знал, что так получится, я не то что не позвал тебя на этот проклятый корабль, я б его сам сломал!!!

… Вторую неделю Алексаша крутился возле больного Петра, приносил одну чудотворную икону за другой, приглашал лучших врачей, но всё было бесполезно: Пётр чах, бледнел, казалось, сама жизнь покидает его…

– Скоро я стану императрицей! – заявила Екатерина.

Измученный заплаканный взлохмаченный похудевший, и без того стройный Алексаша задержал от гнева дыхание и изрёк:

– Вы были, есть и будете всегда бессердечной женщиной лёгкого поведения! Как вам не совестно: ваш муж, мой брат болен, я из кожи лезу, чтобы спасти его, а вы так и ждёте его кончины! А он выживет! Я всё сделаю!

Екатерина спокойно вылила на Алексашу чашку воды и сказала надменно:

– Успокойтесь, князь, идите, проспитесь!

Алексаша плюнул и ушёл молиться.

… Но не успел: Петра не стало…

Сорок дней Алексаша никуда не выезжал, за эти дни он, казалось, состарился лет на двадцать. Но траур прошёл, пришла пора выбрать нового императора.

На балу на белый танец Екатерина пригласила Алексашу.

– Князь, я готова забыть вам то оскорбленье, если вы поможете завтра мне стать императрицей… – тихо сказала Екатерина.

– Ну, и как вы это представляете? И что я буду с этого иметь? – прошептал Меньшиков.

– Вы просто приведёте на заседание сената свою гвардию, ваша светлость, и эта гвардия будет кричать меня на царство. А я вам позволю свободно закончить начинания Петра, вы же по нему так скорбите, конечно, он сделал вас из денщиков князем… – ответила Екатерина и засмеялась.

«Ты ещё смеёшься над моим горем!» – подумал в гневе Алексаша, но поразмыслив, высказался более деликатно:

– Не смейтесь, я друга, брата потерял!!! Вы, ваше величество, достойны презрения, но ради России и наших с Петром общих дел во имя Руси я сделаю, что вы приказали…

На следующий день Алексаша пришёл на заседание сената.

– Виват императрице Екатерине! – закричал Меньшиков.

– Виват Екатерине!!! – подхватила вся гвардия.

– Опасную игру затеяли, князь… – намекнул Долгоруков.