Железные Рыцари. Чемпион

А вот сейчас как-то путь не складывался. Бегать я могу долго, но как-то совсем по дурацки выходит.

– Да прекрати ты бегать и дерись, как мужчина! – наконец сказал первые услышанные мной слова Флинт.

– Я – так и дерусь, – на бегу сообщил я. – А не как перекаченная груда мышц!

Была надежда, что разозлится – ну может подставится как-то… Но нет, только заржал и продолжил за мной кататься, сволочь такая!

Но, в процессе своего стратегически мудрого смещения, взгляд упал на Олафа. Он смотрел напряжённо, восторгов не выказывал, а у меня появилась такая, бледная намётка на Путь.

Потому что Олаф мой ровесник. И есть небольшой шанс, что не сообщал Стальным о нашем первом поединке. Но скорее всего – сообщил. Вот только не думаю, что Нильс – отдельный старый пердун, засрански считающий, что все, кто не застал Большой Взрыв – молокососы. Видимо такое дурачьё – большинство среди Стальных. И есть шанс, пятьдесят на пятьдесят, что мой противник не в курсе как я справился с Олафом. А учитывая, насколько в своё время это парня удивило – это шанс. И, подозреваю – единственный.

Да и вообще – достало меня бегать! Сделать я с этим колобочищем ничего не могу, ну разве что язык показать, жесты глумливые и пообзываться до кучи. Всё это сделать может и хочется, но после такого – я сам себя молокососом считать буду, вне зависимости от мнения всяких там старых пердунов. А значит – надо огрести от колобочища. Просто так “сдаваться” глупо, он не “поведётся”. Нужно показать, что я вот-вот развалюсь, чтоб он меня не хлопал, а поймал в захват.

Типа, чтоб я сдался, хех.

Правда организм на мои мысли ответил непониманием. Если бы у него была возможность – точно бы вышел на какую-нибудь манифестацию, с плакатом “Мой хозяин – дурачьё! Даёшь другого!” и всякое такое. Но возможности такой у него не было.

И следующие пять минут я отбивался об хлопки колобка и оббивал об него руки и ноги. Болело всё, да и вообще возникало ощущение, что я сам себе больнее делаю. В том, что я “сливаюсь” – я уже сам не сомневался.

И Флинт “повёлся”: на очередной покачивающийся отскок (а я, блин, практически не играл!) он подкатился ко мне, хватая за поясницу и держа на весу. Постепенно сжимая, точно так же, как Олаф в своё время.

Мимоходом обрадовавшись, что я охренительно умный, я сверился с диагностическими данными браскома. Времени особо не было, уткнув мордас в моё пузо Флинт давил довольно бодро. Но убивать дядьку – не слишком любезно.