Протоапостол. Благовествование Гермы. О ком свершилось 14-е чудо Христово?

И тем более уж такой святой, который был прославлен в лике СВЯТИТЕЛЬСКОМ: трактаты епископов обыкновенно с особой строгостью держатся точки зрения официально-церковной. А св. Феофан – святитель.

Однако этот епископ известен был и не только мудростью в окормлении церкви, но также еще ЗАТВОРНИЧЕСКИМ своим подвигом. Какой последовательно свершал в последний период жизни, чем и стяжал Феофан величальное имя себе: Затворник.

Подвижничество затворников таково: безвылазно находясь в тесной келии – взором духовным достигают они далёко, далёко за обыденный горизонт!.

. И даже за окоемы официально-церковной строгости.

Строгости любой ЗАТВОР строже! —

Сам себя человек заточил в острожек…

Зачем? А потому что несвобода такая освобождает от суеты мира внешнего: умный, духовный взор обращает внутрь самого ума (то-то и проницает богословие Феофаново красною нитью мысль о восстановлении свободы души – в обыденности теряемой – сорастворением с волей божией!).

А во глубине ума человеческого лежит подобие божие (1Кор.

2:16).

И… вот этою глубиною, этим своим подобием – напрямую с Богом общается человек!

А Бог – обо всём всё весть…

Кстати, к вопросу о доказательствах бытия Божия. А ведь ЗАТВОР являет собой наглядное оное доказательство.

Человек существо какое? – общественное. То есть имеющее выраженную, непререкаемую почти потребность ОБЩАТЬСЯ. Она у человека немногим лишь менее непреложна, нежели: есть, пить, дышать.

Чем оканчивается длительное заключение в одиночной камере без возможности хоть как-то общаться с кем-либо? Как правило, сумасшествием.

А то и самоубийством.

Но скажут: живут же люди, не заключенные никуда, а просто кому по жизни случилось быть одинокими. Да, живут. Но как такие до любого случайно перепадающего общения жадны! Хоть с кем-то приятельствовать желают. Обязательно заводят себе какую-нибудь зверушку. Собаку ли, кошку ли, хомяка…

Однако постигший возможность общения напрямую с Богом – такой годами, десятилетиями сидит в каморке, откуда ведь волен выйти в любой момент.

Пребывает один-одинешенек, и даже мышонка какого-нибудь себе там не приручил, а вот – здрав умом, счастлив сердцем как ни один другой человек на свете!

Как такое возможно? Только лишь потому, что С БОГОМ такой человек общается.

Атеисты! Агностики! Маловеры! Ответьте честно: могло бы такое быть, если бы Бог являлся всего лишь фантазией человеческой?

У затворничества глубоки корни.