100 дней Любви

Он хотел бы писать стихи не потому, что он любит; он хотел бы писать картины не потому, что он любит, – это занятие имеет для него свою собственную ценность, ничем не связанную с любовью. А устав от картин, музыки, он хотел бы упасть глубоко в любовь и забыться – это его отдых.

Увидьте разницу: любовь мужчины – это его место отдыха. Когда он устаёт от мира, от тысячи и одного дел, он хочет упасть в энергию женщины, в её тепло и раствориться.

Помните: он любит, только если получает отдых, и тогда он снова может рисовать, писать стихи или танцевать.

Для него любовь – это необходимая основа, чтобы делать другие вещи.

Для женщины – всё наоборот; она будет делать другие вещи, потому что она любит. Если она не любит, она перестаёт делать что-либо вообще.

* * * *

День пятый

Сделай эту фразу своей мантрой:

«Я становлюсь сильнее, когда дорожу собой».

** ** ** **

Сказка гениальная. Прочтите до конца:

…Колобок открыл глаза. Тело ломило, голова болела… Но он не обращал на это никакого внимания.

Потому что на этот раз помнил. Помнил всё. И тропинку, и Лису, и влажный её нос, и горячий язык… И острую боль, что была перед тем, как он снова открыл глаза. А ещё он помнил, что это был не первый раз. Он умирал и умирал сотни, а может тысячи раз. Так было всегда. Всегда одна и та же дорожка, всегда одни и те же звери, всегда один и тот же лес, всегда одна и та же смерть… Но только сейчас он помнил всё, что был. А значит теперь всё будет по-другому.

Он покатился по дорожке. А на встречу ему Заяц.

–Колобок, Колобок, я тебя съем! – Не ешь меня, Заяц, я тебе песенку спою.

И он пел песню, как пел её этому же самому Зайцу неизвестно сколько раз до этого.

А потом был снова Волк, и снова эта песня. И Медведь. И все оставались позади, и все только его и видели. А потом пришла она. Его погибель. Лиса.

–Колобок, Колобок, куда катишься?

–Качусь по дорожке.

–Колобок, Колобок, спой мне песенку.

Сердце уже начало стучать раза в три быстрее.

Теперь это было не дежавю. Это было по-настоящему. И через минуту Лиса его съест.

–Ах, песенка хороша! Да слышу я плохо. Колобок, Колобок, сядь ко мне на носок да спой ещё разок, погромче.

Он прыгнул ей на нос. На этот чёрный, влажный нос хищника, замышляющего коварство. Вот только теперь Колобок знал, что будет дальше. Он пропел снова свою песенку.

–Колобок, Колобок, сядь ко мне на язычок да пропой в последний разок.