Россия и Молдова: между наследием прошлого и горизонтами будущего

По мнению современного исследователя Р. Бутучел, появление теории Реслера привело к активизации румынской историографии, оспаривавшей ее, что послужило, по сути, толчком для «формирования румынской “буржуаной” историографической традиции, основателями которой выступают Н. Бэлческу, М. Когэлничану и др.»

.

Существует немало разного рода промежуточных концепций между автохтонной и миграционной теориями. Мы здесь не будем на них останавливаться, это достаточно аргументированно сделано в названной публикации Р.

Бутучел. Необходимо лишь отметить, что в историографии, посвященной этногенезу и этнической истории восточнороманских народов, ощущается влияние двух, безусловно важных, этнокультурных компонентов – римского и славянского (добавим – и массы других). Но, названные два, несмотря на разные периоды исторического проявления, предопределяют различное отношение к этнической истории румын и молдаван, причем в одних подходах подчеркивается одна сторона, а в других – иная

.

Этническая история румын и молдаван как направление наличествует достаточно давно, но на протяжении всего времени своего существования это, казалось бы, сугубо научное направление подвергалось активному вмешательству политики.

Небольшой экскурс в историографию этнической истории восточных романцев, приведенный в контексте обсуждения лапидарных сведений, встречаемых у П.П. Свиньина, не случаен. Далее, при знакомстве с отдельными работами авторов XIX – начала XX в., еще будет возможность столкнуться с освещением подходов к данной теме.

Но в контексте интерпретации событий изучаемого времени принципиально отметить, что научная аргументация определенных теорий играла в тот период не главенствующую роль. Время и ситуация были иными. Большая, наращивающая на протяжении XIX в. свои территории Российская империя, пользуясь правом сильного, решала территориальные вопросы по-своему усмотрению, рассматривая народы окраин по принципу их лояльности к короне и государству. Взгляд на народы окраин, в том числе на молдаван, со стороны просвещенной русской элиты мало чем отличался от восприятия коренных народов Севера или Кавказа.

Для нее (элиты) все они выступали в качестве экзотических дикарей.

Гуманитарная наука, как составная часть идеологии, зачастую следовала за политическими приоритетами. Отсюда, кстати, появление уже в советской историографии попытки отделить этническую историю молдаван от румын в трудах Н.А. Мохова, Я. Гросула, Л.А. Полевого.