Второй Император

– ?!

– Да все, что угодно! Возьми эту корзину, набросай в нее камней, чтобы она стала неподъемной, положи сверху черепков и прикажи мальчику охранять ее, как груду ценных артефактов.

Петух повертел крылом у виска. – Главное, будь убедительным! Сидите с мальчиком в укрытии до вечера. А что делать дальше, время покажет. И смотри, «ума палата», меня случайно не продай! Ну всё, мне пора… Пора поторопить монахов.

«Символ года» с опаской покосился на реку, развернувшись на шпоре, он вошел прямо в стену и исчез за ней.

Фенг только икнул ему вслед. Лодка с уйгурами, словно дежавю, снова проплыла мимо.

Он проснулся. Солнце клонилось к закату, собираясь расплескать полную чашу пронзительной желчи на тихие заводи реки. В корзине мирно дремал петух, рядом у стены какие-то странники устраивались на ночлег. Фенг почесал затылок. Не верить сновидению не было причин, верить в говорящих петухов являлось признаком поврежденного ума.

«Все оттого, что я покинул дом без отцовского благословения».

Собственно, эта мысль стала донимать Фенга, как только он вышел за околицу. Он отгонял ее тем соображением, что отец все равно бы его никуда не пустил. А раз так, то вопрос отпадал сам по себе. Совесть успокаивалась, уступая законное место решимости. Но подлая мысль, побродив где-то по окрестностям, снова и снова возвращалась, червоточила исподтишка, зудела.

Фенг в недоумении посмотрел на сонного петуха в корзине. « Птица, не более… Свернуть шею, да и дело с концом», – подумалось невзначай.

 – Но что, если все-таки это сработает? Встретил же я монахов… Правда, только и всего. Мало ли в городе бродит монахов».

Фенг поднялся. Нужно было идти искать ночлег; спать под городской стеной, как это делали селяне, Фенгу не хотелось. Все-таки он сын вельможи; беглец снова вспомнил об отце и почувствовал самый настоящий зуд. Фенг почесал темя и ощутил под пальцами приличную шишку – рука одернулась, словно он погладил скорпиона или ежа.

«Не может быть!» Но шишка на голове была, да еще какая.

«Не иначе, как Петух наклевал! Вот стервец!» Пальцы машинально ощупали голову; затылок тоже ныл… И это меняло планы на вечер. Это меняло все! Не делая более никаких умозаключений, Фенг взял свой узел, взял корзину со злосчастным петухом и поплелся вниз по реке.

Глава 5

На второй день после спектакля Минжу нездоровилось. С утра он почувствовал озноб, сестры поили его подогретым вином и заставляли глотать пилюли женьшеня.