Священная война

– Да, уже нет прежней дисциплины, той, что была при Чингисхане, – согласился Ван Юань. – Мой отец ни за что бы не посмел ослушаться приказа.

– Времена изменились… Когда в других странах наши командиры на добровольных началах набирают себе целые армии, люди в степи сами хотят выбирать себе ханов. Одни желают достичь Райских садов, другие – поселиться у теплой реки, где совсем не бывает снега.

– Степь уже не та. Может, и нам… лучше отправиться в Китай?

– Ты ничего не понял из того, что я говорила, или просто пошутил? – переспросила Наргиз.

В этот момент снова ударила молния – далеко, за горами; гроза ушла на восток, а «тень» заметно приблизилась, двигаясь на запад. И снова было трудно понять – люди это или игра воображения.

– Пора поднимать воинов, – сказала Наргиз.

– Кто-то у нас видит будущее?

– Оно уже стало настоящим! – воскликнула девушка и сильно толкнула Ван Юаня.

Тот кубарем полетел с холма, а над ним просвистело несколько стрел.

Бой был неожиданным и недолгим: натолкнувшись на заградотряд, разведка кочевников быстро ушла обратно в степь, и к следующему удару молнии тени у горы уже не оказалось.

– Будем преследовать или оставим все, как есть? – спросил тысячник Ван Юань у своей помощницы.

– Люди шли на запад, нам стоило их пропустить, – произнесла Наргиз, блеснув крестом на щите в еще неясных бликах зари.

– Меня все больше тянет на Юго-восток, – признался Ван Юань.

– Это лишь подтверждает мои слова – связь с прошлым слишком крепка. Ты еще только начинаешь познавать свою суть; в конечном счете может оказаться, что Райские сады тебе в тягость… Но не беспокойся, лучшее лекарство от этого – долгий путь по знойной пустыне; она иссушит желания, и змии, живущие в сердце, подохнут.

– Разве Бог требует от человека таких непосильных жертв? – снова спросил Ван Юань и понял, что это уже было.

Наргиз ничего не ответила, только стеганула своего коня и унеслась в степь.

Глава 6

Вскоре Ван Юаня вызвали в ставку. Степь поднялась и опустела, он гнал коня и не узнавал знакомых мест.

Верховный каган со своим братом Хубилаем сидели на белой кошме и пили чай, привезенный из Поднебесной. Монголы изначально никогда не питались травой, но теперь многое поменялось: ханы, подражая императорам, пили «напиток Сынов Неба», кривились, закатывали глаза в поисках этих самых небес и все никак не могли добрать вкуса. В конечном счете, каган выплюнул терпкие листья и швырнул чашку в дальний угол.