Проза. Книга 2

Там тоже есть свои заморочки.

При работе с простой акварелью, нужно поставить подрамник под углом в тридцать градусов к поверхности нашей земли. Обмакнуть волосяную кисточку в разведённую краску и, стараясь не капнуть на белый планшет, провести горизонтальную линию в нужном вам месте.

Под действием сил гравитации, водный раствор стекает по ватману и собирается в самом низу мокрой полоски. Тем временем, архитектор опять повторяет всю операцию. Только теперь, он проводит черту по тому месту, где собралась вся излишняя влага.

И так повторяется до тех самых пор, пока не пройдёшь весь планшет, сверху донизу. Остановиться нельзя ни при каких обстоятельствах. Иначе краска посохнет, и на том месте, где прервался процесс, возникнет полоска более тёмного колера. Её потом уже невозможно закрасить.

Хочу с содроганием напомнить, что мне приходилось красить приличные плоскости размером метр на полтора. Причём тонкой кисточкой, толщиною не более в полсантиметра.

Особенно трудно мне было, когда приходилось «отмывать небо» подрамника.

Мало того, что оно тянется от края до края. Так в него, ещё постоянно «втыкаются» части нового здания, которые придётся потом, «крыть» совсем другим цветом.

Пока пройдёшь по большому планшету от одного угла до другого, то от напряжения, правую руку начинало сводить сильной судорогой. А на пальцах у меня появлялись глубокие вмятины.

Самое грустное, что как ни старайся, а на таких площадях, всё равно ты допустишь огрехи. Краска ложиться неровно, а неопрятными полосами.

К счастью, глав. архитектор увидел, что с акварелью мы не добьемся эффекта, и постепенно перешёл на гуашь.

В отличие от акварели, гуашь не просвечивает на бумаге насквозь, и с ней чуточку легче работать. Ну, а затем, начальник вернулся к прежним подрамникам, обычных размеров.

Мы усердно «пахали» и достаточно скоро извели все запасы какой-либо краски, что имелась в конторе. Как всегда в те далёкие годы, в магазинах, где продают канцтовары, случился очередной дефицит.

Нам стало нечем работать. Мы поскребли по сусекам и принесли на работу из дома всё, что сумели найти.

В это время, моя милая мама решила съездить в Москву. Она хотела немного развеяться, навестить близких родственников, а заодно прикупить модных шмоток. Я услышал об этом и попросил купить пару коробок акварели «Нева №5».

Любовь Федоровна легко согласилась и отбыла в столицу. Там она прошлась по гостям и двинулась по большим магазинам.