Актуальные вопросы политической науки и практики

Его задача – не оценочные суждения, а установление значения понятий, аналитических истин, касающихся логических отношений между понятиями нашего языка. Что же касается оценочных (синтетических) суждений о добре, зле, справедливости, свободе и т. д., то о них нельзя сказать истинные они или ложные. Научная философия занимается анализом моральных и политических суждений, но сама их не высказывает. Это – дело идеологов. Эти два обстоятельства – в политической науке и в философии – были внутренне взаимосвязаны; они характеризовали одну и ту же тенденцию – господство сциентистского менталитета.

Обе тенденции характеризовались отрывом политической науки и философии от политической действительности, замыканием их на внутренних проблемах познания, которое чем дальше, тем больше ориентировалось на свои собственные интересы» [19, с. 215].

Исторически возникновение позитивизма было своеобразной реакцией на неспособность спекулятивной (умозрительной) философии решить философские проблемы, выдвигавшиеся развитием наук.

Впадая в другую крайность, позитивисты вовсе отвергли теоретическую спекуляцию, умозрение как средство получения знаний, а затем и философию как таковую. Проблемы, понятия и положения прежней философии (о бытии, сущностях, причинах и т. п.), которые в силу их высокой абстрактности не могут быть ни разрешены, ни проверены посредством опыта, позитивизм объявил ложными и лишенными смысла. Отменно на этот счет высказался С. Кьеркегор в свое время: «фантастическое философствование о фантастических сущностях». Не будучи позитивистом, он, тем не менее, именно так охарактеризовал философскую систему Г.-В.-Ф. Гегеля. Сам позитивизм претендовал на звание принципиально новой «неметафизической» («позитивной») философии, построенной по подобию эмпирических наук и являющейся их методологией. По своей сути позитивизм есть эмпиризм, в определенных отношениях доведенный до крайних логических выводов: коль скоро для него всякое знание есть эмпирическое знание в той или иной форме, то никакая спекуляция не может быть знанием. Но сам позитивизм не избежал участи прежней философии, ибо его собственные главные положения (отрицание умозрения, феноменализм и др.) оказались не поддающимися опытной проверке, и, следовательно, – «метафизическими». Так, уже в 30-е годы ХХ столетия в научных кругах начинает оформляться критика позитивизма, но, однако, еще в рамках парадигмы (общей доктрины позитивизма). Так, австрийскому философу и социологу К.