Реликтовая зоология: животный мир из прошлого

Как отрадно для зоолога, познакомившись с выводами по столь запутанному делу, узнать, что существуют в его области науки люди добросовестные, способные вынести ясное суждение, как нельзя лучше выраженное, каждый вывод которых сделан с большой тщательностью и осмотрительностью!

Доктор Пети, основательно допросив хозяина 117-го буксира, заключил, что живое существо имело прямое отношение к скелету, более искалеченному, нежели полусгнившему, и что, вероятнее всего, именно эту акулу, выброшенную на берег, и наблюдал моряк месяцем раньше.

По его мнению, буксировщик рассмотрел только край головы рыбы и вообразил, что она держалась на длинной шее. Но, поскольку месье Пети уверял, что не видел спинного плавника – характерного органа, который трудно не заметить у акулы, плавающей на поверхности, – я лично склонен считать, что эта находка не имеет ничего общего с керкевилльской.

Скрупулезные комментарии доктора Жоржа Пети – образец «дедуктивного метода», которому мог бы позавидовать сам Шерлок Холмс.

«Я не считаю чем-то особенным, что в глазах неспециалистов гигантские акулы после гибели приобретают сходство с плезиозаврами, как только их касается разложение, – пишет доктор Эйвельманс. – Без сомнения, это обусловлено особой структурой их жаберных перегородок: они такой большой длины, что практически соединяются на спине, окружая разрезами всю шею. Эти акулы, образно говоря, живут как бы в полуобезглавленном состоянии. Как только гниение охватывает рыхлые ткани, весь жаберный аппарат легко отделяется, и вслед за ними отделяются челюсти и все мышечные волокна вплоть до начала грудных плавников так, что остаются крошечная черепная коробка и позвоночник, окруженный мышцами, – это-то и создает впечатление худой длинной шеи».

На другом конце тела нижняя доля хвостового плавника акулы, лишенная опоры, тоже быстро отваливается: позвоночник в действительности продолжается только до верхней доли. Тогда-то труп и приобретает «длинный и заостренный хвост».

Что придает чудовищный вид столь экстравагантно сложенным псевдоплезиозаврам, так это их «пушистость».

На самом деле у хрящевых рыб поверхностные мышцы и волокна соединительных тканей становятся нитевидными вследствие гниения и работы любителей падали, которые сдирают с них кожу. В результате рыбы оказываются покрытыми густым, пышным «мехом», окрас которого варьируется от грязно-белого до рыжего, в зависимости от степени разложения или высушивания при попадании на берег.