Об идеологии кое-что…

как движение продолжающегося укрупнения капитала[25 - – в масштабе которого, для населения, теряющего работу в одном регионе планеты, открывается возможность обретения таковой (с «достойным заработком») в другом регионе и, тем самым, противоречия между «трудом и капиталом» (в связи с процессами рационализации экономики) существенно, на «человеческом уровне», преодолеваются.], но теперь уже в направлении устранения явления «национальной государственности»[26 - Государствами ведь правят избираемые гражданами правительства, которые существенно более рациональны в политическом самоопределении (нежели склонное к бунтарским склокам гражданское население) и потому, в целом, более прогнозируемы и управляемы в своем политическом самоопределении.

Поэтому на межгосударственном уровне, особенно при наличии таких существенных «аргументов убеждения», как «отток капиталов», «опасность военных конфликтов» (в том числе, с применением оружия массового поражения), «коррупция высших чиновников» и т.  п. возможность «убеждения» оказывается куда более значительной, нежели в случае, когда государство выражает интересы своего национального капитала и борется не за собственное выживание, а за расширение «налогооблагаемой базы», «сфер влияния», возможности диктовать свою политическую волю другим участникам межгосударственных отношений. В отличие от ситуации, в котором находился глобальный мир накануне Первой мировой и даже Второй мировой войн, когда стороны противоборства военно-политически выражали действительные собственные экономические (прежде всего) интересы, ситуация сегодняшнего мира характеризуется тем, что глобальная экономика существует в «не-глобальной государственности». Т. е. готова к тому, чтобы «взломать не-глобальный государственный мир». Это реальное противоречие, которое нуждается в своем устранении. …Увы, в XXI веке государственные политические отношения и отношения собственно экономические, повторимся, перестали совпадать в принципе, поскольку субъекты экономики обрели действительный глобальный масштаб, когда субъекты политики (государства) сохранились преимущественно в прежнем качестве, причем так, что ни один из таковых субъектов, масштабом действительного глобализма не характеризуется, – даже такой «игрок глобального мира», как США. ] без «разорения и пролетаризации населения в последних, т. е.