Об идеологии кое-что…

Экономически недостаточно развитые, вынужденно входящие, вливающиеся в состав глобально организованной экономической и социокультурной жизни государства, в масштабах этого процесса, увы, обнаруживают себя «умирающими», теряющими свою самодостаточность, превращающимися из действительных родовых субъектов социального бытия – в «провинциальные углы» некоего нового, родившегося и укрепляющегося глобального «мира-монстра», фактически открывают себя все более и более ненужными бурно надвигающемуся новому мировому порядку[14 - По крайней мере, опыт России 1990-х – начала 2000-х годов показывает, что государство, в условиях прогресса глобализации вынужденно остается, фактически, один-на-один лишь со своими гражданами, лишается самодостаточной собственной материально-экономической базы, оказывается вынужденным существовать на те, относительно скудные средства, которые оно собирает в виде налогов с работающего населения и мелкого-среднего капиталистического предпринимательства, пока еще неспособного развернуться в масштабе не местного, а широкого глобального рынка.

От традиционного, национально-государственно-организованного человечества, ведь, оторвалась мощь «глобальной экономики», потребовавшая адекватного ей «глобального-мирового правительства» и отправившая в режим стагнации традиционные государственные образования, превращающиеся (в таких условиях) в нечто вроде «провинций» глобального мира, существующих существенно «по воле» и в масштабах «плана» глобального «центра». ].

…Да, в XXI веке экономика мира бурно вырывается в наднациональный масштаб. Это движение, надо полагать, не особо нравится социально-организованному человечеству уровня субъектов «национально-государственной жизни»[15 - Национальное государство, которое в сих условиях существенно обнаруживает себя, преимущественно, многочисленным слоем бюрократии, присвоившей себе «заботу о народе», но, прежде всего, тяготеющей к самосохранению и разрастанию, сталкивается со специфически новой проблемной ситуацией, которая не имела столь явной формы, когда экономика была «местной», адекватной «внутреннему рынку» и достаточно легко этим государством контролировалась.