Повесть о Верочке

Перед ней оказалось обширное помещение, не разделённое перегородками на отдельные комнаты. Внутри стояли двухъярусные железныё койки. Всё это весьма походило на казарму солдат.

На «нарах» лежали подушки, матрацы и одеяла, свёрнутые в большие рулоны. Судя по внешнему виду, служили они уже несколько лет. Простыни, наволочки и пододеяльники, тоже не блистали своей новизной. Так же, как бельё в поездах, они отдавали застиранной серостью.

Верочка рванулась вперёд. Благодаря своей быстроте, она успела занять нижнюю койку в дальнем углу.

Там она принялась обживаться. Расстегнула свою модную спортивную сумку. Достала пакет с умывальными принадлежностями, и сложила их в фанерную тумбочку, стоявшую в изголовье кровати.

Затем, постелила слегка влажную простынь на пятнистый матрац. Натянула наволочку на комковатую подушку из ваты. Заправила в пододеяльник потёртое одеяло из байки серого цвета.

Едва устроила спальное место, как в комнату заглянула женщина-преподаватель и позвала всех обедать. Верочка посмотрела в сторону входа.

Только сейчас она разглядела большой табурет, стоявший справа от двери.

На нём находился оцинкованный бак с такою же крышкой. Сбоку странной посудины, возле самого дна, располагался маленький краник. Рядом на ржавом гвозде висела полулитровая солдатская кружка.

Услышав команду, девушки бросили заниматься постелями. Студентки сбились в плотную кучку, и вышли из общежитья на улицу. Пройдя метров десять, они оказались возле ещё одного кирпичного дома. Из открытых дверей доносились весьма аппетитные запахи.

Внутри помещения находились столы, сколоченные из широких досок. За каждым из них могли бы усесться не менее восьми человек. Столешницы покрывали скатёрки из пластика. Рисунок с них давно уже стёрся.

Всё остальное там было так же, как в любой городской или институтской столовой. Разве, что мух оказалось значительно больше. Они вились в воздухе большими роями. Нужно было быть очень внимательным, чтобы не проглотить противную тварь вместе с едой.

Студенты подходили к раздаче с подносами. Брали пару-тройку кусочков белого хлеба и получали глубокую миску, наполненную прозрачной похлёбкой. В наваристой жидкости плавали волокна какого-то мяса, лапша и картошка. Называлось всё это «суп полевой».

Вторая повариха давала тарелку с отварной вермишелью. Сверху лежал десяток маленьких кусков гуляша из баранины с тёмной подливкой. На третье предложили традиционный компот из сильно иссушенных и сморщенных фруктов.