Дурная кровь

Всё ж таки мужики деревенские, знают, как больно испуганная животина может садануть копытом.

Увеличившись числом, «друзья» осмелели.

– А что же вы это, господин Санторий, храм решили покинуть? – Главный заводила добавил веса словам, шумно высморкавшись в снег. Остальные согласно загудели.

– Да ещё и вещички с собой прихватили… Не пустые, чать, сумочки, – елейным голоском добавил самый дохлый и трусливый, прячущийся позади всех.

– Или вы решили храм Трёх Богов без служителя оставить? – пробасил детина, больше похожий на пацана-переростка, вышедшего поиграть.

Так и стоял: носки вместе, пятки врозь, взгляд в сугроб. Но по здоровенным ладоням видать: в стороне от драки не останется.

Верд раздражённо вздохнул. Впереди целый день пути. Загребать сапогами снег с самого утра, а потом ехать с мокрыми ногами не хотелось. А придётся. Если остолопы почуяли добычу да нашли в себе смелость выйти на тракт, теперь уже по-хорошему не разойдутся. Одного охотник не понимал: когда троица выезжала из селения, эти самые мужики пялились на них как заворожённые.

Он и не удивился: решил, что внимание привлекла Талла. А по всему выходит, что на сумки слюни пускали… Дурачьё!

– Разорить святое место решили, а?! – уже более угрожающе, накручивая и себя, и шайку, гаркнул сопливый главарь. О том, что они и сами не собирались возвращать имущество под своды храма, он тактично умолчал.

– Ой, я поняла! – Талла восторженно захлопала в ладоши и повернулась к Верду: – Можно я скажу, можно?

Заставить колдунью помолчать всё одно никому не удавалось, поэтому наёмник кратко буркнул:

– Ну?

– Они нас грабить собрались! – Девчонка горделиво выпятила грудь, точно открыла великую тайну.

Разбойники переглянулись: вслух ни один из них не произносил сокровенного слова, так что теперь предстояло решить, действительно ли они собрались делать именно это. Решение приняли мгновенно и единогласно: повыше подняли оружие и сжали тиски.

– Теперь – собрались, – лаконично подтвердил Верд.

– А ежели и так! – взвизгнул трус и тут же, как побитая собачонка, присел на корточки, чтобы никто не понял, откуда звук.

– А ежели и так? – Детина на секунду поднял взгляд и тут же его опустил, торопливо неразборчиво забормотав: – Сами мы люди мирные, так что скидайте сумки и проваливайте на все четыре стороны. А иначе…

– Что иначе? – полюбопытствовал Верд, изрядно развеселившись. Он любовно погладил оголовье меча и подумал, что, пожалуй, обнажать его не станет.