Дурная кровь

И каждая снежинка ловила это сияние, пропускала через себя и возвращала к чутким бледным пальцам ворожеи. Дурная… Но такая красивая!

– Верд! – Санторий тихонько тронул наёмника за плечо.

– Тш-ш-ш! – велел тот. К чему слова, когда рядом – волшебство? Слова подождут. Но Санни не отставал.

– Верд…

– Позже, – непривычно спокойно, без крохи злости попросил охотник.

– Верд.

– Ну что тебе?

Вынужденный оторваться от дива, он сейчас и за меньшее надрал бы приятелю уши. Но служитель ещё и ляпнул то, от чего наёмник вовсе вскипел:

– Не нужно продавать её…

– Заткнись, Санни.

– Посмотри на неё, – не унимался святоша. – Она же живое чудо!

– И мне отвалят за него кучу денег. – Верд палкой поправил угли, опасаясь снова поднимать глаза на колдунью. Чего доброго, мелькнёт мысль, что не такую уж ерунду городит Санторий…

– Ты позволишь запереть её в клетке?

– Если клетка удобная, то отчего ж не запереть.

Эх! Слишком сильно саданул палкой по кострищу! Треснула надвое, упала в огонь, взметнув сноп искр.

Талла вздрогнула, но не повернулась, а вот хромая лошадь укоризненно фыркнула.

– Она же невинная девочка! – неубедительно, но горячо возразил служитель.

Верд повернулся к нему, уставился на переносицу колючим взглядом, который (Санни прекрасно это знал!) не мог выдержать никто.

– А я – твой друг!

– Бывший друг, – с горечью напомнил служитель.

– Но хороший бывший друг, – хмыкнул Верд.

Больше Санторий не говорил.

Готовясь ко сну, охотник съязвил, что, кабы знал, как просто его заткнуть, давно бы это сделал. Но от шутки ароматная каша, съеденная на ужин, словно поднялась обратно к горлу и стала комлем. Потому, наверное, и не спалось. Хотя шастающие поблизости волки тоже не способствовали спокойному отдыху. Когда же Верд отлучился, так сказать, спугнуть из окрестностей лагеря хищников, застал у входа в шалашик надпись (сделанную, кстати, с ошибкой): «Шёл бы ты на хрен». Предполагаемый автор текста лежал спиной к костру и неубедительно изображал спящего. Верд хмыкнул и без малейших угрызений совести затоптал откровение слуги богов.

Вскоре подморозило сильнее, пришлось потянуться за одеялом. Оно почему-то оказалось ближе, чем помнил охотник. Прямо-таки само сунулось в руку, как соскучившийся пёс. Ещё и тёплое…

– Чего не спишь? – вслед за ним вылезла Талла.

– Вас стерегу.

– Думаешь, сбежим?

– Думаю, убьётесь сдуру.