Кривая дорога

Он с утра за рыбой, добытчик мой, а я по дому, стало быть. Когда паутину смести, когда грибков засушить… Мало ли дел найдётся? Да всё ему, дурню, чего-то ещё хотелось. Чтобы не жизнь, а сказка. Пойду, говорит, на заработки. Деньжат накоплю да жизнь тебе обустрою счастливую. А она и была счастливая! Детей боги не дали, так кошка радовала заместо ребёнка. Серая. Красавица. И хвост пушистый-пушистый!

Да разве объяснишь… И ушёл, болезный. Иной раз весточку-другую передавал, ежели кто через нас ехал. А бывало, что и ничего от него не слышно по месяцу-по два.

Да…

– И что же? Вернулся? – голос так и дрожал. Знала ведь ответ: он в одинокой старенькой ложке, тщательно вымытой и прибранной, чтобы нечистая сила не приняла её за приглашение, в одной паре онучей[17 - Онучи – почти то же самое, что портянки.], что сохла в сенях, в единственной в доме подушечке, куда хозяйка заботливо складывала каждый выпавший волосок[18 - Наши предки считали, что выпавшие волосы или неприбранные обрезки ногтей – страшное оружие в руках нечистой силы.

Поэтому все «запчасти» собирали в специальную небольшую наволочку, которая зашивалась и клалась под голову владельцу после его смерти.] – подложить под голову, когда Мара-смерть явится на порог. Знала, а всё равно спрашивала.

– Да вот, жду, – усмехнулась Весея, – полвека уже, как жду. Всё думаю, нагуляется мой милый по белу свету, да вернётся в родной край. Дождусь. Обязательно дождусь.

Старушка улыбнулась так искренне и доверчиво, что я не выдержала и снова разревелась.

Тихо-тихо и отвернувшись в сторону, чтобы она не видела.

– Не грусти, доченька. Развеялась бы лучше, чем слёзы проливать. Явится ведь с повинной муженёк твой, и думать забудешь, что зло держала. Так и нечего сейчас себе душу рвать. Шла бы вон с девками сети по деревне носить. Скоро сбираются уже.

Опять эти сети. Что ж за обряд такой?

– Зачем их носить-то? Пусть бы себе лежали.

– Да ты ж не нашенская, откуда бы тебе знать? – догадалась старушка. – Носим, да. В конце лета кажный год девки сбираются, по домам ходят да достатка желают.

Мы им угощение в ответ, а они берут, кланяются и дальше. По всей деревне пройдут, приметят, у кого сети зимовать оставить. Да внимательно смотреть надо! Чтобы и дом – полная чаша, и в семье никакого раздора. Лучше, чтоб и детишек один-два, как Рожаницы пошлют. Три – вообще хорошо. И в том доме, значит, пируют. Благодарят богов, за то, что в этом году перепало, просят, чтоб и в следующем не обделили.

Чуден мир.