Равноденствие

Колетт сделала крохотный глоток и натянуто улыбнулась:

– Как тебя можно забыть! Мы ведь были не разлей вода в школе, правда, воронёнок?

И правда нельзя. Это я тебе гарантирую!

– А кто твой очаровательный спутник? Не представишь нас?

Спутник действительно казался очаровательным. Донельзя и до тошноты. Слащав, красив, напудрен и отвратителен. То есть, это мне он казался таковым. Судя по восторженным охам и завистливым ахам, а также ощущающейся вокруг этой парочки атмосфере самолюбования, мужчину полагалась считать великолепным.

Он сам так точно не сомневался в этом. Парочка всячески хвасталась друг другом: она – его красотой; он – её деньгами. Им светил идеальный брак!

– Граф Томас из рода Пекуниа. Оч-ч-ч-чень приятно, – справился красавчик сам, оставляя влажный след на моём запястье.

– Что вы, что вы! Это мне приятно!

Нет, приятно мне не было. Вообще ни капельки. Скучные, лживые, помешанные на собственном я людишки. Невольно вспомнился грязный крестьянин, упрашивающий подлечить ребёнка.

Искренне упрашивающий! На самом деле готовый отдать рубашку, штаны и даже собственную голову. А ребёнок всего лишь простыл!

И – эти. Лобызаются, рассыпают направо и налево фальшивые улыбки. В корсете вдруг стало необычайно, нечеловечески душно.

– Вирке! – брат многозначительно прокашлялся. Полагалось понять, что он недоволен. Но я, разумеется, наплевала.

Задержалась в реверансе на мгновение дольше, чем было бы прилично, проникновенно заглядывая в глаза прилизанному блондинчику и выдохнула восторженное:

– Я столько о вас слышала!

Колетт никогда не считалось дурой.

Разве что не умела правильно выбирать врагов. И тут сообразила быстро: прижалась к жениху, затрепетала ресницами… Вот только он её ужимок не видел. Ещё бы! Всё внимание захватили мои!

Как Белен ни старался незаметно ущипнуть, приструнить укоризненным взглядом или поджатыми губами, я не поддавалась: хихикала, прижимала руки к груди, откидывала с шеи выбившиеся из причёски пряди.

Брат обжигал холодом недовольства. А что? Ни слова лишнего, ни движения я себе не позволила. Всё как договаривались. Ещё немного и он выволок бы попавшего под раздачу графа из залы за идеально уложенный завиток на лбу, лишь бы успокоить меня, но взревновавшая невеста нашлась быстрее:

– Томас, нам ещё нужно поприветствовать Реджемов! Прости, Вирке! Безмерно рада тебя видеть!

– Ах, как жаль, что нам не удалось познакомиться поближе.