Психологические отношения человека в социальной системе

Если мы начнем, например, исследовать некоторую социальную группу как целостную вещь, то в первую очередь она ощущается нами как определенная социальная общность, которая как множество получает свое название благодаря главному группообразующему принципу, ради которого она, собственно, и сформировалась. Но она также обладает и целым рядом «подчиненных» качеств, которые делают ее одновременно соответствующими социальными множествами и?принимают на себя ведущую роль при смене социального контекста.

Например, когда семья как социальная группа садится в такси, она превращается в группу пассажиров, вступающих во взаимоотношения с водителем как представителем другой социальной группы. Семейные отношения при этом отступают на второстепенный план.

При дальнейшем исследовании группа предстает как простая психологическая совокупность – общность сопереживающих и?сочувствующих людей, как совокупность животных и, наконец, как правило, в последнюю очередь – как некоторая совокупность неодушевленных физических тел.

Таким образом, уже на уровне этого грубого восприятия группа предстает не просто как слитность множеств, но и как определенная упорядоченность. Эта упорядоченность проявляется как по способам организации жизнедеятельности (межмножественные связи одного уровня – семейные, профессиональные, ролевые и пр.), так и по уровням организации их жизнедеятельности (межмножественные связи разных уровней – социальные, биологические, биохимические, физические).

В связи с многосложностью вещи ключевым становится понятие структуры, которое фиксирует связь элементов вещи в рамках целого.

Структура. Латинское слово «structura» означает строение, расположение, порядок. Это понятие раскрывает совокупность устойчивых связей вещи, обеспечивающих ее целостность и стабильность.

Данное определение аналогично ряду определений структуры системы, приводимым в научной литературе [126, 227, 269].

Cоглашаясь с Г.А. Югаем в том, что в своем полном выражении «понятие структуры не сводится к строению субстрата, его морфологии» [315, с. 118], мы можем возразить ему, что на уровне рассмотрения реальности в качестве вещей она в первую очередь подчеркивает именно это.