Авось, прорвемся!

Пост был за поворотом, и стоило Авосю исчезнуть из моего поля зрения, как оттуда загремело яростное:

– Хрен пройдешь!

И в поддержку командиру – дружное, залповое:

– О-кей!!!

– Ой… – прошептала я. А подумала куда быстрее, хотя и была моя мысль гораздо длиннее, чем «ой»: ну все, царствие тебе, Авось, небесное, нет тебя больше в этом мире, один Кондратий остался!..

– О-кей! О-кей! – раздались одиночные возгласы. Я встрепенулась – неужели у Авося хватило ума стремительно залечь и пропустить залп над собой?

Похоже, так оно и вышло, а потом он кинулся петлять кустами.

Инстинкт самосохранения оказался умнее его свихнувшихся от гордости мозгов.

Прорваться через опытный хреновый пост можно было только на авось. Он попытался – и сгинул в неизвестном направлении. Когда я подошла поближе, ругань на посту царила страшная, хотя и однообразная.

– Ну что же, – сказала я себе. – Сделано все, что возможно. И для человека, проснувшегося в кустиках на вершине этнографической горы, я совершила немало.

А теперь неплохо бы проснуться еще раз…

Я напрягла все свои к этому делу способности и…

Глава третья

Пришел незван – поди же негнан

Утро началось с телефонного звонка.

У меня есть начальство, которое меня нежно любит. Любовь проявляется так: мне позволено свободное плаванье в Сетях за счет редакции хоть ночи напролет, слово «дисциплина» в моем присутствии не произносится вообще, но в самое непотребное время суток меня вынимают откуда угодно и отправляют куда угодно.

И если вчера я расхлебывала скандал между кришнаитами и общиной Синего Креста, значит, завтра обязательно окажусь на подводной лодке. Когда-нибудь я засну на грязной лестнице, под самым чердаком, в третьем часу ночи, устав расследовать обстоятельства безвременной смерти человека с трогательной фамилией Зайчонок, а проснусь в объятиях далай-ламы.

– Лети мухой! – велело начальство примерно месяц спустя после моего путешествия сквозь посты с безумным спутником.

 – Вот телефон – бу-бу-бу… Спросишь заместителя директора по фамилии – бу-бу-бу… Там у них на производстве то ли барабашки, то ли воры завелись. Если воры – черт с ними. Если барабашки – четыре тыщи в номер! О-кей?

– И картинку?

Начальство задумалось. Портрет барабашки – это было бы круто! Однако начальство знало пределы даже газетного реализма и на подначку не попалось.