Дурни вавилонские

Заснуть оказалось не так уж просто – мы рассуждали о Первой Башне, высока ли она была, во сколько ярусов, долго ли ее строили, отчего не использовали совсем еще хорошие кирпичи для другой башни. Также нам было любопытно, для чего ее строили.

– Может, как раз самую первую задумали для того, чтобы наверху поставить храм? – спросил Тахмад. – Конечно, богам несложно прилететь по воздуху в любой из городских храмов, но им должно быть приятно, что мы, люди, стараемся подняться к ним поближе.

– Да? – Абад задумался.

Я заснул под высокоумные рассуждения Гамида, и всю ночь мне снился Вавилон, но большой, имеющий много ворот, и я хотел из него выйти, но в какие ворота бы не выглядывал – видел загородившую путь башню, их было больше десяти, а может, и несколько десятков – если бы я поспал подольше, то узнал бы точно. Да наступило утро и пришла женщина с кухни будить нас, крича, что каша поспела и все давно едят, а мы шестеро всё еще валяемся, как дохлый собачий приплод.

В тот день мы трудились плохо, надсмотрщик ругал нас, и все мы получили всего по одному «кувшину». Вечером мы легли спать пораньше – хотели на следующий день показать, на что мы способны.

– Я вот думаю – не сходить ли нам еще к Первой Башне? – сказал Тахмад. – Не может быть, чтобы те мужчины просто так здоровенную яму вырыли. Они что-то знают.

– А почему она побежала их выслеживать? У нее тоже какие-то свои замыслы! – добавил Левад. – Слушай, Гамид, не встречайся ты с ней больше.

– Может быть, мы были ей нужны, чтобы выкопать яму в том месте, где она показала? – додумался я. – Тогда понятно, почему она боялась тех мужчин – если она тоже ищет золото, соперники ей ни к чему!

– Спите, парни, – проворчал Абад.

– Надо вернуться и углубить нашу яму… – прошептал Тахмад. – Если мы найдем сокровища, то сразу уйдем – и всё равно, что будет с Нашей Башней, простоит она после этого хоть месяц или сразу рухнет.

– Сам ты куча прелого ослиного навоза, – ответил Гамид. На том и успокоились.

У нас началась отвратительная жизнь.

Целый день мы гоняли тачки по норе, а вечером убегали к Первой Башне и за пять дней выкопали там такую яму, что можно было в ней пасти верблюдов. Правда, мы старались беречь силы, ходили к своей яме через день и не оставались у Первой Башни допоздна.