Дурни вавилонские

Но когда мы уже вышли в нору, освещенную факелами, оказалось, что пропал Абад.

– Он пошел к крестовине! – догадался Гамид. – Нужно догнать его, а то он там натворит дел!

– Если он до нее дойдет. Может, дерьмовозы ждут нас у выхода из норы, – сказал Тахмад. – Тогда это плохо кончится…

– Ну так идем за ним! – потребовал Гамид. – Может быть, мы еще успеем его остановить.

– Я не думаю, что эти вруны приходят в дом крестовины затемно, – добавил Левад. – Мы поймаем Абада у той ограды и куда-нибудь уведем.

Хотя бы в комнату к стражникам. Главное – чтобы он не успел ничего натворить.

Мы побежали вниз по норе, благословляя человека, распорядившегося не гасить ночью факелы. И мы, конечно же, у самого выхода натолкнулись на стражников, которые искали нас, чтобы связать и бросить в яму с гнилой водой.

– Вы, дурни деревенские, зачем напали на людей почтенного Халака Барея и опрокинули их бочку? – спросили нас стражники.

Тогда мы кинулись обратно наверх, а бегать мы умеем лучше городских стражников.

И на третьем ярусе мы, не сговариваясь, вбежали в наши пещерки, быстро увязали в узлы наше имущество и прихватили имущество Абада, потому что знали – оправдаться мы не сумеем. Мы же действительно спустили вниз вонючую бочку!

– Придется спускаться по лестницам, – сказал Тахмад.

Лестниц мы до сих пор побаивались.

В глубине Нашей Башни было несколько лестниц, ведущих с яруса на ярус, но где они начинались внизу – мы не знали. Были также высокие трубы, по которым в харчевни и в огромные бочки постоянно поднимали воду в ведрах, а из бочек ее доставляли на верхние ярусы.

Там всегда требовалось очень много воды, и она была страшно дорогая – дороже пива.

Мы знали, где у нас на третьем ярусе двери, ведущие к лестнице, и побежали к ним, пока до нас не добрались стражники, и спустились неизвестно куда. Там было темно, а мы не имели с собой факела. Мы могли его прихватить из норы, но не догадались.

– Всё рухнуло, всё рухнуло, – приговаривал Левад, тащивший свой мешок и мешок Абада.

– Замолчи, – велел ему Гамид. – Мы спрячемся и подождем, пока нас перестанут искать. А тогда Тахмад пойдет к нашему хозяину и всё ему объяснит.

– Я хочу есть, – заявил Гугуд.

Мы все уже хотели есть. Наступало время, когда нам давали вкусную жирную кашу, по большой миске на человека, а если сказать поварихе, что ее груди, как подушки из птичьего пуха, то она добавит в миску еще лишний черпачок.