Единственные

Мальчиков она как раз знала – одноклассников, целовалась с ними без особого волнения, скорее из любопытства, знала, как ими можно управлять. Взрослый тридцатилетний мужчина Буревой был во многих отношениях выше ее разумения. Ей и в голову не приходило, что он может относиться к женщинам не так, как теоретически должен был бы.

– Я это серьезно, крошка. Любовь такой женщины, как ты, – незаслуженный приз для каждого мужчины. Ведь твой мужчина всегда будет в тебе уверен, ты не бросишь, не предашь. Повезло твоему Буревому! Пей кофе, остынет же.

– Яр, что мне делать?

– Ну, что делать? Любить и ждать. Он должен в конце концов понять – мой дядька же понял.

– Но, выходит, он не полюбит меня, а просто поймет, что я – лучшая?

– Сколько ему лет? Тридцатник? Ну так успокойся – в этом возрасте мужчины не влюбляются, как в шестнадцать. Они уже смотрят на это дело с точки зрения ума…

– Яр, а тебе сколько лет?

– Да как раз тридцатник. Поэтому и знаю.

Он был очень похож на Буревого, но чего-то недоставало.

– Значит, думаешь, я не должна уходить из «Аншлага»?

– Это была бы непростительная глупость. Будь рядом с ним, понимаешь? И когда у тебя появится шанс – не упускай этого шанса, вот и все. И он будет с тобой. Допила? Я тебя домой отвезу.

– К себе?!

– Дурочка. У меня есть женщина.

– И что – она так просто тебя ночью отпускает? Не ревнует?

Яр рассмеялся.

– Вот тебе пример правильного мужского расчета. Она проводницей работает, по три, по четыре дня дома не бывает.

И надоесть друг другу не успеваем, и соскучиться удается. И фрукты свежие привозит с юга. Все по уму!

– Яр, ты ее любишь?

– Люблю. Не так, как ты Буревого, но люблю. В соответствии с тем запасом, который я получил при рождении.

Он встал, встала и Илона.

– А она тебя любит?

– Пока – терпит.

Она вышли на площадь перед аэропортом, там дежурило полдюжины такси, шоферы дремали. Яр довез Илону до дома и пожелал спокойной ночи. Как ни странно, после всех страданий и крепкого кофе она быстро заснула.

И заснула очень крепко – проспала все на свете, не услышала будильника и опоздала на работу.

Нельзя сказать, что работа ей совсем уж не нравилась. Там случалось много смешного – как будто в линотипы порой вселялся бес и устраивал невероятные опечатки. Опять же, интриги. Корректоров было семь – по трое в каждой смене плюс дневной корректор. Заведовала этим коллективом Варвара Павловна, она же возглавляла первую смену.